Последнее обновление: 22.02.2026 г.
Шуб (Рошаль) Эсфирь Ильинична (16 марта 1894, Сураж, Черниговская губерния — 21 сентября 1959, Москва) — кинорежиссер. Заслуженная артистка РСФСР (1935). Известна своей документальной трилогией — «Падение династии Романовых» (1927), «Великий путь» (1927) и «Россия Николая II и Лев Толстой» (1928).
И. В. Вайсфельд: «Когда надо назвать пионеров документального фильма, которые открыли в кинематографии новые пути, освоили её новую, дотоле неведомою область и оказали влияние на творческую практику многих передовых мастеров кино и у нас и за рубежом, мы в первую очередь произносим имена Дзиги Вертова и Эсфири Шуб...»
В 1917 году окончила с отличием Новозыбковскую женскую гимназию[1].
Эсфирь Рошаль (в первом ряду справа), Даша Белкина (в верхнем ряду вторая слева). Женская гимназия, г. Новозыбков, Черниговская губерния (ныне Брянская область), 1905-1906 гг. Фото из частного архива.
В 1918 году окончила историко-философский факультет Московских высших женских курсов[2].
В 1919 – 1920 — секретарь театрального отдела (ТЕО) Наркомпроса (была личным секретарем зав. ТЕО Наркомпроса Всеволода Мейерхольда); ответственный секретарь Московского художественного совета цирков[3].
С 1919 — член РАБИСа[4].
В В 1921 – 1922 — личный секретарь заведующего Центропечати[5].
В мастерской Родченко. 1924 год. На фото (слева направо): Александр Родченко, Алексей Михайлович Ган, Евгения Гавриловна Соколова-Жемчужная, мать — Ольга Евдокимовна Родченко, Эсфирь Ильинична Шуб, жена — Варвара Фёдоровна Степанова. Фото из частного архива. Источник: www.russiainphoto.ru.
В кинематографе с 1922 года. В 1922 – 1924 — ответственный секретарь редакции и монтажер заграничных фильмов Фото-Кино Комитета (занималась перемонтажем зарубежных фильмов для советского проката, исследованием русской дореволюционной хроники)[6].
В 1923 – 1926 — режиссер монтажа советских художественных фильмов на 3-й фабрике «Госкино»[7].
В мастерской Родченко (слева направо) Эсфирь Шуб, Александр Родченко, Алексей Ган и Варвара Степанова. 1924 год. Источник: www.russiainphoto.ru.
В 1926 – 1944 — режиссер документальных фильмов «Мосфильма»[8].
Из дореволюционной кинохроники создала один из самых известных фильмов «Падение династии Романовых» (1927).
На основе архивных материалов смонтировала фильмы «Великий путь» (1927) и «Россия Николая II и Лев Толстой» (1928; фильм не сохранился).
В 1929 году командирована в Берлин для постановки фильма «Сегодня» (1930; смонтирован из советской и зарубежной кинохроники по сценарному плану, разработанному совместно с М.З. Цейтлиным); совместная постановка с коммунистической организацией «Прометеус-фильм» по заданию Коминтерна[9].
В 1932 году по собственному сценарию сняла один из первых звуковых документальных фильмов «КШЭ» («Комсомол — шеф электрификации»).
В 1934 году командирована в Турцию как советский специалист для съемок фильма «Турция на подъёме» (рабочее название «Новая Турция»); в 1937 году фильм завершен ассистентом Шуб, турецким режиссёром К. Н. Чакушем.
В 1939 году на основе кадров хроники, снятых во время Гражданской войны Испании операторами Р. Л. Карменом и Б. К. Макасеевым, создала фильм «Испания» — кинопоэму о мужестве испанского народа.
В 1933 – 1935 годах преподавала монтаж в режиссерской мастерской Сергея Эйзенштейна в ГИКе [10].

Кинорежиссёры Александр Довженко и Эсфирь Шуб. 1940 год.
Источник фото: МАММ / МДФ.
В 1941 – 1942 гг. находилась в эвакуации в Алма-Ате (Казахстан); преподавала монтаж во ВГИКе[11].
В 1944 – 1948 — режиссер и по совместительству руководитель группы систематизации летописи Отечественной войны Центральной студии кинохроники / Центральной студии документальных фильмов (ЦСДФ); с 01 марта 1945 — режиссер высшей категории ЦСДФ[12].
В 1947 году на Бакинской студии Эсфирь Шуб поставила по собственному сценарию фильм «По ту сторону Аракса».
Рекламный буклет, посвященный советским женщинам — режиссерам-документалистам Лидии Ильиничне Степановой и Эсфири Ильиничне Шуб, распространялся во время выставки «СОВЕТСКАЯ ЖЕНЩИНА В ИСКУССТВЕ», организованной в 1948 году в Париже Антифашистским комитетом советских женщин[13].

В конце 1948 года Эсфирь Шуб работает над созданием документального фильма «От чистого сердца» (вышел на экран в 1949 году) о выставке подарков, присланных И. В. Сталину в связи с его 70-летием[14]. Во время просмотра фильма Большаковым подверглась жесткой критике за отсутствие в фильме очень важного жкспоната — подарка, который Сталину прислал Мао Цзэдун; после просмотра Эсфирь Ильинична получила первый инфаркт[15].
В связи с началом борьбы с «формализмом в искусстве» (проводилась в рамках так называемой борьбы с «безродными космополитами» в 1948—1953 годах) на ЦСДФ прошли открытые партийные собрания, где группу режиссеров Д. Вертова, Э. Шуб, Я. Посельского призвали признаться в антипатриотической деятельности и покаяться[16].
В последние годы работы на ЦСДФ (1949 – 1951) монтировала киножурнал «Новости дня».
После ухода с киностудии работала над книгой воспоминаний «Крупным планом», которая вышла в 1959 году в издательстве «Искусство»; вступительная статья, комментарии и общая редакция киноведа Иосифа Вайсфельда.
За годы работы в кино как режиссер монтажа смонтировала около 200 зарубежных фильмов, 12 игровых советских фильмов, режиссер 14 – 15 фильмов, снятых самостоятельно[17].
Отец — Рошаль Илья Исаакович (1864 — 1924).
Брат — Рошаль Исаак Ильич (1988, Сураж, Черниговская губерния — ?), работал в системе Укркоопсоюза в Киеве[1].
Двоюродные сестра и брат (из личного дела Э. И. Шуб известно, что Жарковские проживали в Киеве на Прорезной улице, расстреляны гитлеровцами в Киеве во время аккупации)[2]:
— Жарковская Елизавета Яковлевна;
— Жарковский Эммануил Евсеевич.
Двоюродный племянник — Жарковский Евгений Эммануилович (1906, Киев — 1985, Москва), композитор. Народный артист РСФСР (1981).
Муж — Ган Алексей Михайлович (1887 — 08.09.1942 ), советский художник и теоретик искусства. Один из ведущих деятелей конструктивизма. Экспериментировал в области полиграфии и кинематографа. Издавал журнал «Кино-фот» (1922—1923). Арестован 25 октября 1941 года. Приговорен: 19 августа 1942 г., обвинение: ст.58-02, КРА. Приговор к ВМН. Расстрелян 8 сентября 1942 г. Реабилитирован в сентябре 1989 г.
Дочь — Коноплева (в девичестве Шуб) Анна Исааковна (17 февраля 1913, Москва — 1987), журналист; жена киноинженера-изобретателя, заслуженного деятеля науки и техники РСФСР (1965), лауреата Сталинской (Государственной) премии (1950) Коноплёва Бориса Николаевича (1909 — 1982).
Внук — Коноплёв Александр Борисович (1934, Москва — 1921, Москва), художник-график. Заслуженный художник Российской Федерации, член-корреспондент Российской академии художеств, профессор кафедры Московского государственного университета печати; мастер сложноструктурной книги по искусству; на протяжении многих лет был главным художником издательства «Искусство» и «Детская литература», художником многих коммерческих проектов издательства.
В Российском государственном архиве литературы и искусства (РГАЛИ) хранятся архивные материалы творческой деятельности Э.И. Шуб (Фонд 035; Ед.хранения 317; 1890 - 1986):
Материалы, хранящиеся в ФГБУК "Государственный центральный музей кино", на сайте ГОСКАТАЛОГ. РФ.
1927 — Великий путь (фильм создан к 10-летию Октябрьской революции); производство: «Совкино» и Музей революции СССР
1927 — Падение династии Романовых (монтаж исторических кинодокументов о величайших и одновременно трагических событиях в истории России начала 20-го века: падении династии Романовых и февральской революции 1917 года. Полностью смонтирован из дореволюционной кинохроники, которую Э.И. Шуб собрала в различных киноархивах, и материалов дворцового киноархива Николая II; фильм положил начало новому направлению в советской документальной кинематографии — документально-историческом
1930 — Сегодня (фильм показывает мир строящегося социализма и мир переживающего глубокий развал обреченного на гибель капитализма. Строительство и пуск промышленных предприятий электростанций, железных дорог (Днепрогэс, Турксиб и др. ). Американский образ жизни в США в 30-е годы; Шуб использовала прием чередования кадров советской и американской кинохроник, чтобы показать превосходство социалистического строя); полнометражный; производство фабрика «Культурфильм»; выпуск «Союзкино» совместно с «Вельт фильм»; режиссёр, монтажер и автор сценарного плана Э. Шуб совместно с М. Цейтлиным; операторы: В. Степанов, Ю. Стилианудис; ассистент: Д. Фелонов; музыкальное оформление Д.С. Блок
1934 — Москва строит метро; режиссёр, монтажер и автор сценарного плана
1940 — Лицо врага («Фашизм будет разбит»); режиссёр, монтажер, автор сценария совместно с Б. Агаповым
1942 — Страна родная; режиссёр и монтажер и автор сценарного плана
1946 — К пребыванию в Москве участников сессии исполкома международной демократической федерации женщин; режиссёр
1946 — Судебный процесс в Смоленске (Суд в Смоленске); режиссёр и автор сценарного плана; операторы: А. Брантман, А. Левитан
1946 — К пребыванию в Москве участников сессии исполкома международной демократической федерации женщин
1949 — От чистого сердца; режиссёр и автор сценария. Фильм хранится в РГАКФФД; учетный № 7103 (2 части - 446,6 м, цветной, звуковой), также в РГАКФФД хранятся летописные кинодокументы; учетный номер 7406 (8 частей - 1531,5 м).
Режиссёр монтажа киножурналов "Новости дня" (1945 — 1951).
1945 — Новости дня №№ 10, 13, 17, 25, 33, 41
1946 — Новости дня №№ 46, 49
1947 — Новости дня №№ 7, 15, 66, 73
1948 — Новости дня №№ 4, 22, 28, 32, 37, 42, 46, 51, 55
1949 — Новости дня №№ 5, 10, 21, 28, 47
1950 — Новости дня №№ 15, 22, 30, 46
1951 — Новости дня №№ 35, 40, 54
[...]Ещё мне хотелось бы вспомнить мамину двоюродную тётю – Эсфирь Ильиничну Шуб (1894 -1959). Её брат Исаак Ильич Рошаль, всю жизнь проработавший в системе Укркоопсоюза, доживал свой век в Киеве в крохотной комнатушке на улице Большая Житомирская, где едва помещались кровать, шкаф и прикроватная тумбочка. Иногда по воскресным дням он с помощью палочки добирался к нам. Это был милейший и, несмотря на возраст, красивый человек. Его голову венчала сохранившаяся пепельная шевелюра, а лицо освещалось пронзительными глазами и доброй улыбкой в уголках рта. Изредка прибегал к нему на Житомирскую и я. Так совпало, что перед моей, описанной выше, поездкой в Москву, я был у него и рассказал о предстоящем вояже (это его слово). Он попросил меня зайти к его сестре, рассказать о нём и передать привет, хотя до сих пор между ними контактов практически не было. И это понятно. Он вёл незамысловатую обывательскую жизнь, получая удовольствие от самой жизни, избегая всяческие общественные и, уж тем более, политические коллизии. Она же, как и многие её современницы, была подлинной дочерью революции. Уроженка Черниговской губернии, Эсфирь Ильинична Шуб (Рошаль) происходила из местечковой еврейской семьи и, конечно, испытав все тяготы подобного положения, примкнула к революционной молодёжи. Последовали годы учёбы, напряжённой работы и самообразования. Она успешно работала на московских киностудиях, как кинорежиссёр, сценарист, киномонтажёр и киновед.
Валерий Золотаревский. Щемящая радость воспоминаний, Источник
В 1935 году ей было присуждено звание заслуженной артистки России (Заслуженной артистки РСФСР; – прим. ред. #МузейЦСДФ). Эсфирь Ильинична Шуб являлась основоположницей художественного монтажа в документальном кино. С 1919 по 1921 она работала личным секретарем Всеволода Мейерхольда. А с 1922 года её жизнь была посвящена только документальному кино. Эсфирь Ильинична была дружна с такими корифеями, как Сергей Эйзенштейн, Пётр Павленко, Александр Довженко, Всеволод Пудовкин и Александр Фадеев.
Последние годы жизни она работала над книгой «Крупным планом», на страницах которой очень живо предстала вся её жизнь. Взяв у Исаака Ильича её адрес и, понимая, что он, будто чувствуя свой и её близкий предстоящий уход, искал примирения, я клятвенно пообещал разыскать её. Она жила в центре Москвы, к сожалению, не могу вспомнить название улицы, в двух комнатах коммунальной квартиры в мансарде многоэтажного дома.
В то время Эсфирь Ильинична тяжко болела и, как я понял, уже давно не вставала с постели. Она мне явно обрадовалась и очень удивилась, что я так вымахал. Предыдущий раз она меня видела в 1949 году. Привет от брата приняла сдержанно, но чуть позднее разговорилась, вспоминала их детство и, в конце концов, написала ему довольно тёплую записку. Я остался доволен результатом своей миссии. А Эсфирь Ильинична ушла из жизни в сентябре 1959 года.[...]
В революционной России кино из рук ловких деляг и торговцев перешло во владение молодого Советского государства. Отечественных фильмов было мало, ничтожно мало. Кулешов в своей мастерской показывал "фильмы без пленки", ибо ее не хватало.
ЮТКЕВИЧ С. Волшебница монтажного стола // ШУБ Э. Жизнь моя — кинематограф. М., 1972., Источник
Дзига Вертов монтировал свои первые "Киноправды", операторы-хроникеры снимали чуть ли не на обрывках позитивных лент. На экранах шумели заграничные боевики. Их надо было хоть как-то приспособить к восприятию нового зрителя.
За эту черную и малозаметную работу взялась молодая женщина из интеллигентной семьи, за плечами у которой к этому времени было не только гуманитарное образование, но и общение с мастерами революционного искусства. […]
Она внимательно присматривалась к экспериментам Кулешова и Вертова. Их столь важные наблюдения над чудодейственной СИЛОЙ монтажа она применила и в этой своей работе, так как куски, снятые постановщиками первых советских художественных лент, в большинстве случаев нуждались не в простой склейке, но в новой, и не только ритмической, но и драматургической организации. Здесь начиналось творчество. Здесь закладывались основы той профессии, которая займет впоследствии свое законное место в производстве под наименованием "режиссер-монтажер".
Слава о волшебнице монтажного стола прокатилась по всей молодой советской кинематографии.
Сергей Эйзенштейн, в начале 20-х годов еще только присматривающийся к новому искусству, дневал и ночевал в монтажной Шуб. Робко присев на край стула, он с восхищением наблюдал, как трансформировала она двухсерийный экспрессионистический боевик Фрица Ланга "Доктор Мабузо — игрок".
Братья Васильевы по праву считали себя учениками Эсфири Шуб; и вообще не было ни одного молодого кинематографиста, который не обращался бы к ней в трудную минуту за добрым советом. Но все это было только началом.
Открытие произошло позднее, когда молодая женщина, увлеченная опытами Дзиги Вертова (не зря она сама называет его художником, оказавшим на нее сильное влияние), выдвигавшими на ведущее место факт, документ, рискнула, опираясь на весь свой накопленный опыт, смонтировать первый полнометражный фильм, целиком построенный на фильмотечном материале — кадрах дореволюционной хроники.[…]
Эсфирь Шуб была подлинным поэтом экрана. Лиризм ее фильмов, возникающий от глубоко личной влюбленности в советскую действительность, роднит ее с Маяковским. […] …задолго до Бертольта Брехта Шуб сформулировала некоторые особенности современной эстетики и не только теоретически осмыслила их, но, что самое важное, применила в своей практике.[…]
Дальнейший путь Эсфири Шуб, как говорится, "не был усыпан розами". Ведь ей приходилось не только по-прежнему бороться со столь живучей тенденцией недооценки избранного ею жанра, но и само время выдвигало новые требования. […]
По-прежнему встречалась она с непониманием даже среди тех, кто, казалось, борется вместе с ней на одном фронте; будучи скованными узкими рамками ремесленного понимания хроники, они отнюдь не помогали дальнейшему творческому продвижению художника-новатора. […]
Но она продолжала закреплять и свои теоретические позиции, особенно важные в тот период, когда опасность заэстетизирования документального материала, формалистическая игра с ним стали ощутимей […]. Эсфирь Шуб тогда писала:
"Монтировать документальный фильм надо просто и смыслово ясно. Зритель должен успеть не только хорошо увидеть людей и события, но и запомнить их. Пусть помнят любители дешевых эффектов монтажа, что монтировать просто и смыслово ясно совсем не легко, а очень трудно".
[...]Она много лет работала с Мейерхольдом; Маяковский, увидев ее работу, позвонил ей и позвал в гости, и они общались и были дружны до самого его конца. Я всегда об этом помнила, всегда понимала, что это значит. Она обладала драгоценным человеческим свойством: пристальным интересом к людям. Думаю, что именно эта пристальность, именно этот острый, в самую глубь проникающий интерес к людям отличает и ее творчество, делая его столь своеобразным и выразительным.
Маргарита Алигер, поэт, переводчик, журналист; Лауреат Сталинской (Государственной) премии (1943)., Источник
Для меня в отношениях с нею было драгоценно еще и то, что она вся целиком, безраздельно принадлежала тем годам, той эпохе, которая неизменно глубоко волновала и влекла к себе мое поколение и которую должны лучше знать наши молодые и юные современники— наши дети и внуки. Я говорю о неповторимых первых годах революции и неповторимых двадцатых годах нашего тревожного века. Шуб начала блистательно, потому что сумела понять, почувствовать и запечатлеть нечто самое дорогое и главное во времени, и вся ее дальнейшая жизнь шла по законам того неповторимого времени ее блистательного начала.[...]
О работах Эсфири Шуб уже написано и будет написано еще много значительных и глубоких исследований, их знают и ценят во всем мире, ее работ не обойти даже тем, кто недооценивает и недопонимает время, их подсказавшее. То, что она сделала в советском кино, стоит нерушимо и незыблемо, как истинный памятник, и я полагаю, что лучшего памятника и высшей награды нет и быть не может.
[...]Во-первых, кажется странным, что она не смогла обнаружить в Москве кадров хроники Февральской революции. Ведь в 1924 году, всего за пару лет до начала поисков Шуб, киностудией «Госкино» был выпущен перемонтажный фильм «Февральская революция» (3 ч., 800 м). Возможно, это был видоизмененный фрагмент работы Д. Вертова и А.И. Савельева «Годовщина революции», возможно, самостоятельное произведение. Допустим, что фильм был за два года утрачен или не учтен должным образом в фильмотеке. Но как же Э.И. Шуб, работавшая в 1924 году именно в «Госкино», могла ничего не знать о «Февральской революции»?
Александр Дерябин ("Киноведческие записки" № 55, 2001 год), Источник
Во-вторых, неясно, где именно была найдена «царская хроника» и почему ее запросто предоставили Шуб (да еще в большинстве — в негативах!), а также то, по какой причине режиссер ничего не упоминает об описях к этим фильмам. Хотелось бы верить, что это всего лишь провал в памяти автора мемуаров, но некоторые косвенные данные заставляют предполагать нечто иное. А именно: в отсутствие строгого контроля за сохранностью фильмов в них были сделаны вырезки. В пользу этого говорит и то обстоятельство, что Шуб, опытнейший работник кино, прекрасно понимавшая разницу между контратипом и негативом, почему-то проявляет странную расплывчатость в описании конкретного использования хроники. Что значат слова «...мне было разрешено отпечатать и взять с собой самое ограниченное количество негатива...»? Надо ли это понимать как получение карт-бланша на проведение вырезок из негативов или требование об обязательном изготовлении контратипов?
Э.И. Шуб в своих мемуарах нигде не проясняет этот вопрос. Напротив, она пишет только о своих усилиях по спасению старой хроники. В то же время у Шуб нет ни одной фразы, которая говорила бы о понимании режиссером самоценности всякого старого фильма, целостности и неразделимости кинодокумента. Для нее (как и для многих режиссеров того времени) хроника была лишь набором нужных кадров, фильмотечным материалом. А такой подход делал возможным любой произвол в отношении любой хроники.[...]
[...]Из найденных кинодокументов смонтировала ф. «Падение династии Романовых» (1927), в к-ром новаторски осмыслила старую хронику и поставила её на службу актуальным задачам современности. Динамическое сопоставление кадров, рассказывавших о жизни народа и правящей верхушки, позволило Ш. наглядно продемонстрировать остроту социальных противоречий предреволюц. России, закономерность революции. Фильм показал возможность эмоционального воздействия кинодокумента, положил начало развитию историко-документального направления в киноискусстве. На основе архивных материалов Шуб создала также ф. «Великий путь» (1927) и «Россия Николая II и Лев Толстой» (1928). В них она разработала принципы монтажа исторической картины, выработала свой режиссерский стиль, характерными чертами которого были простота и смысловая ясность построения фильма, умение воссоздать историческую атмосферу, сохранить целостную картину действительности. Шуб пользовалась длинными планами, давая зрителю возможность всмотреться в лица людей на экране; применяла приём контрастного противопоставления кинодокументов, увлекая зрителя логикой и страстностью своей мысли; авторская трактовка изображения часто проявлялась в сатирическом характере надписей, придающих новый идеологический смысл монтажным фразам.
Н. П. Карцева, Источник
В 30-е гг. Шуб обратилась к материалу современности. В фильме «Сегодня» (1930, сценарный план с М. З. Цейтлиным) она использовала приём чередования кадров американской хроники и кадров, рассказывающих о жизни советских людей, противопоставляя социалистический мир капиталистическому. В 1932 по собственному сценарию сняла один из первых звуковых документальных фильмов «КШЭ» («Комсомол — шеф электрификации»). Синхронный репортаж митинга в заводском цехе, ставший центральным эпизодом фильма, предвосхищал открытия «прямого кино».[...]
Последние годы работала над книгой воспоминаний «Крупным планом» (издана в 1959 году), в которой обобщила свой исторический опыт, показала выразительные литературные портреты современников. Творческие искания Шуб, в частности принцип так называемого монтажного фильма, оказали значительное влияние на развитие документализма в советском и мировом кино.
При подготовке материала (составитель Нина Александровна Ярошевич) использована информация из открытых источников, в том числе: фильмография — электронный каталог РГАКФФД; биографические сведения — Личное дело Шуб Эсфири Ильиничны (ГЦМК. — Ф. 56. — Оп. 2. — Ед. хр. 664), «Жизнь моя — кинематограф» (Составитель: А. И. Коноплева; вступительная статья С. И. Юткевича; комментарии Г. С. Авербух, Ин-т истории искусств Министерства культуры СССР. — М. : «Искусство»; 472 с., 16 л. ил.), Кино: Энциклопедический словарь / Гл. ред. С. И. Юткевич. — М. : Сов. энциклопедия, 1987.- 640 с., 96 л. ил.), материалы сайта #МузейЦСДФ; фотографии из частных архивов, а также сайта www.russiainphoto.ru (МАММ / МДФ). Составитель: шеф-редактор сайта #МузейЦСДФ Нина Александровна Ярошевич.
[ Страница дополняется материалами ]