ШЕСТАЯ ЧАСТЬ МИРА. ВЫПУСК ПЕРВЫЙ «От края до края»

О фильме

Цитаты

[...]Дорогие товарищи Бендерский и Юдин, сейчас в дни развала Культкино и переустройства всей нашей работы на новый лад, уголок мира, в к[ото]ром Вы сейчас работаете, кажется тихим «оазисом». До Вас не доходят сейчас шумы, крики, зависть, возмущение, слёзы и радость — сокращаемых, переводимых, вновь приглашаемых, застрявших в экспедициях, или отправляемых в экспедицию и т. п.
Когда оглядываешься кругом и перебираешь в памяти все участки нашего фронта, невольно останавливаешься на Вашей суровой киноэкспедиции, чтобы отдохнуть, охладиться, сосредоточиться.
Ваши письма, к[ото]рые вы прислали мне, где Вы описываете обстановку Вашей жизни, действуют, как освежающий холодный душ. Я не помню, чтоб в последнее время я от какого-нибудь прочитанного рассказа испытал больше удовольствия, чем от Вашего спокойного изложения фактов. Вот Вам лишнее доказательство, что не надо быть «гением», или обязательно «жрецом искусства», чтобы воздействовать на других людей.[...]
Напоминаю ещё раз о необходимости снять несколько моментов, наиболее ярких, из работы кинооператора, используйте тему вьюги, тему ночлега. Когда снимать друг друга будете, не снимайтесь без киноаппаратов — обязательно киноаппарат должен быть ясно виден в кадре в руках ли оператора или возле, если оператор занят чем-нибудь другим.[...]
Очень интересуюсь тем, что уже снято и что Вам не удастся снять. Мне это нужно для распределения кусков у себя в голове и соответствующей досъёмки в других местах.
Жму Вам лапы, пришлите Ваши фотографии в обстановке отдыха или работы.[...]

Дзига Вертов, кинорежиссер, Источник

Не первая работа выпускается тов. Вертовым и его группой. Их кинематографический вес известен, но впервые киноки выступают с картиной, такой значительной по своему материалу и охвату темы. «Шестая часть мира» — это сообщение о строительстве социализма, — так, как оно происходит сейчас на деле.
Можно быть сознательным энтузиастом и активным участником этого строительства, можно быть сознательным и активным противником этого строительства, можно быть просто так, жить обывательски — моя хата с краю, но нельзя закрыть глаза только потому, что им будет показан какой-то огромный арсенал усилий, самых разновеликих по масштабам, по качеству. А этот арсенал налицо в кадрах «Шестой части».
Киноки не раз заявляли, что никакой изобретательный автор не может заменить своей выдумкой неожиданность и бурную стремительность жизни, и считали, что быстрый и точный киноаппарат сумеет выполнить лучше всех обязанность осведомителя О новом и неизвестном. Здесь не место решать вопрос о формах искусства, вообще, и киноискусства, в частности, но на основании «Шестой части мира» можно в гораздо большей степени уверенно сказать, что композиция действительно заснятого факто-материала наиболее обещающая форма воздействия и связи в человеческом общежитии.[...]

К. Шутков, Источник

[...]«Шестая часть мира», по идее заказчика фильма — Госторга, делалась для заграницы как пропагандистская картина, популяризирующая экспортные возможности Советского Союза.
Вертов расширил задания, сделав вместо киноотчета Моссовета публицистический киноочерк о возрождении Советской страны, разрушенной иностранной военной интервенцией и гражданской войной, а вместо фильма об экспорте — кинопоэму об СССР, противостоящем капиталистическому окружению и вырастающем из отсталой сельскохозяйственной страны в государство передовой социалистической индустрии.
В этих фильмах Вертов полностью отказывается от хроникально-фактографического метода подачи жизненного материала и всю свою энергию направляет на создание средствами монтажа документально-художественных образов.
Большинство кадров, из которых сконструированы «Шагай. Совет!» и «Шестая часть мира», не инсценированы, а фиксируют действительные, выхваченные из жизни факты. Но в процессе монтажа документальные кадры претерпевают превращение: они отрываются от породивших их реальных событий, от конкретных мест и времени действия и подаются как обобщения, как образы и чаще всего — как образы-символы.[…]

Николай Лебедев, киновед, Источник

[...]Фильм делался с большим размахом. Крупные средства, отпущенные на постановку Госторгом, позволили (впервые в истории кино) снарядить для одной картины свыше десятка киноэкспедиций. Для «Шестой части мира» снимали во всех концах СССР — от Ленинграда до Владивостока, от Мурманска до Новороссийска, от устья Печоры до границ Ирана. В нем были использованы также кадры из документальных съемок, сделанных за границей, из иностранной кинохроники и этнографических картин. На построении и стилистике «Шестой части мира» чувствовалось прямое влияние поэтики Маяковского. Как и в поэмах последнего, каждая из частей фильма имела свою четко и открыто выявленную, революционную по содержанию тему, развивавшую общую идею произведения.
Первая часть картины раскрывала бесчеловечность капиталистического строя. Она противопоставляла тяжелый, выматывающий силы труд рабочих и жесточайшую эксплуатацию колониальных народов паразитической жизни социальных верхов с их бессмысленной растратой времени и нелепыми развлечениями.
Во второй части зритель получал образное представление о географическом разнообразии Советского Союза, его природных богатствах, многонациональности его населения.
В третьей — демонстрировалось разнообразие трудовой деятельности народов СССР: охота, рыбная ловля, сельское хозяйство, добывающая и обрабатывающая промышленность.
В четвертой и пятой — давалась характеристика сырьевых возможностей нашей страны, значения экспорта их и рассказывалось о путях установления связей советского хозяйства с мировой экономикой.
В шестой — развивался тезис о том, как, используя эти связи, партия ведет неустанную борьбу за превращение СССР из отсталой аграрной страны в промышленную, экономически независимую, социалистическую державу.[...]

Николай Лебедев, киновед, Источник

[...]Где бы ни рождалась новая национальная республика или область, где бы ни справлялся юбилей таковых, там немедленно появлялась научно-кинематографическая группа для создания новой серии киноатласа («Биробиджан», «КабардиноБалкарская область к десятилетию Октября», «Среди озер, лесов и порожистых рек Карелии», «Страна Нахчо (Чечня)», «Шестая часть мира» и др.). Картины, снятые на Дальнем Востоке, Кавказе, в Сибири, становились буквальным открытием окраин страны для населения столиц и центральных областей, и наоборот — кинопутешествие являлось для многих жителей регионов единственной возможностью увидеть «большую землю». Живые экранные образы поддерживали идеологическое вдохновение и создавали ощущение сопричастности граждан страны единому делу построения новой жизни по всему Союзу.[...]

Иван Головнев, канд. ист. наук (из книги ВИЗУАЛИЗАЦИЯ ЭТНИЧНОСТИ В СОВЕТСКОМ КИНО опыты ученых и кинематографистов 1920–1930-х гг; с. 5-6), Источник

Статьи