Фильм:
Поёт Ив Монтан
(год выпуска – 1957)

Тип фильма:
Полнометражный фильм
(7 частей, хронометраж – 01:04:06)

Правообладатель:
РГАКФДСО

Категории:
архитектура, город, живопись, искусство, колхоз, КПСС, культура, личность, музыка, театр, цирк

Ссылка на РГАКФД (19314)
Страница фильма на сайте net-film.ru

О фильме

В конце октября 1956 года Ив Монтан подписал контракт с агентством Жоржа Сориа на вытупление в СССР, а в начале ноября советские танки вошли в Будапешт... Симона вспоминала, что сразу образовалось два лагеря: одни убеждали, что гастроли должны состояться, другие — что их надо во что бы то ни стало отменить. Газета "Фигаро" вышла с карикатурой на первой полосе — Хрущёв звонит в Кремль и отдаёт приказ: "Пошлите танки в Париж, чтобы Ив Монтан мог у нас петь"...

Источник: Журнал Сноб № 12 (77), декабрь 2014-январь 2015 гг.


 В Советском Союзе визиту знаменитых французов предавали большое значение. Французкие гости в ходе гастролей посетили Москву, Ленинград и Киев. И везде их сопровождала съёмочная группа ЦСДФ. Фильм режиссёров Сергея Юткевича и Михаила Слуцкого о гастролях в СССР французского певца Ива Монтана и актрисы Симоны Синьоре вышел на ЦСДФ в начале 1957 года.

В фильм вошли кадры: общий вид Парижа; кадры из фильма «Под крышами Парижа»; Ив Монтан и Симона Синьоре в самолете; встречающие у самолета; Ив Монтан говорит у микрофона (синхронно);
Малый театр, сцена из комедии Мольера «Тартюф», исполняют артисты «Comédie-Française» (синхронно); сцены из спектакля «Дон Жуан» (синхронно); репитиция Ива Монтана в концертном зале имени П. И. Чайковского; Ив Монтан и Симона Синьоре в зале Дворца спорта; кадры из кинофильма «Свет и тень» (Ombre et lumière) с Симоной Синьоре в заглавной роли; афишы фильмов «Тереза Ракен» и «Большие маневры»; МГУ, среди студентов Жерар Филипп, Рене Клер; Париж. Встреча советских артистов, прибывших на «Неделю советских фильмов», Беседуют Жерар Филипп, режиссер Васильев, С. Бондарчук, Ив Монтан,
А. Ларионова и другие; Ив Монтан исполняет песни «Большие бульвары» (синхронно),  «Бродячие комедианты» (синхронно); Ив Монтан, Симона Синьоре в Кремле; Концертный зал имени П. И. Чайковского, Ив Монтанисполняет песни: «Опавшие листья» (синхронно), «Фанатик джаза» (синхронно), «Мари Визон» (синхронно); студенты МГУ преподносят Иву Монтану подарки. Встреча французских гостей в Доме культуры трудовых резервов; хор мальчиков исполняет песню «Далекий друг» (синхронно); кадр из фильма «Плата за страх» с Ивом Монтаном в главной роли; Ив Монтан у мемориальной доски в память летчиков эскадрильи «Нормандия»; кадры кинохроники воздушного боя; французские гости в Центральном Доме работников Искусств; поет Марк Бернес (синхронно); выступает Сергей Образцов (синхронно); Ив Монтан исполняет песню о Париже; Большой зал консерватории; Галина Уланова танцует адажио из балета «Жизель»; выступление в Париже артистов советского балета, артистов цирка; на манеже Филатов с медведями, Олег Попов, выступает ансамбль Игоря Моисеева; Ив Монтан и Симона Синьоре в зрительном зале Большого театра; отрывок из балета «Лебединое озеро»; французские гости с участниками спектакля;
Ив Монтан и Симона Синьоре в Ленинграде; посещение Двореца пионеров, завода «Электросила»; Ив Монтан поет песню «Я тебя люблю»
(синхронно); французские гости в залах Эрмитажа; посещение  Государственного музея изобразительных искусств в Москве на выставке французского искусства, выставке французской книги; в Клубе «Промкооперация» Ив Монтан поет песни: о чистильщике с Бродвея (синхронно), «Это так хорошо»; французские гости в Киеве; Ив Монтан на сцене Киевского театра оперы и балета исполняет песни: «Девушка на качелях» (синхронно), «На рассвете» (синхронно); поездака в колхоз; Ив Монтан и Симона Синьоре в гостях у колхозника Василия Петровича Богдана; в Колхозном клубе исполняется украинская пляска.

СОЗДАТЕЛИ ФИЛЬМА:
Авторы сценария: Юткевич С., Слуцкий М.
Автор текста: Юткевич С.
Режиссер: Слуцкий М.
Операторы: Бессарабов И., Кричевский А., Халушаков Р., Захарова Г.
Ассистент режиссёра: Пумпянская С.
Комбинированные съёмки: Нижник И.
Звукооператоры: Уманский Е., Овсянников Д.
Диктор: Хмара Л.
Директор картины: Вайнштейн Б. 

Цитаты

Л. Брик: «Жорж Сориа должен был их (Ив Монтан и Симона Синьоре; — прим. ред.) везти в СССР с концертами в начале ноября 1956 года, когда наши танки вошли в Будапешт. Монтаны, как вся левая интеллигенция, настроенная прокоммунистически, были в сильном шоке, рвали и метали. Они были резко настроены против этой нашей акции. Французские газеты писали, что, если они поедут к нам на гастроли, значит, они одобряют политику СССР, и называли их предателями. Не поехать они не могли, у них не было денег заплатить Госконцерту огромную неустойку. Француз-продюсер грозил в случае поездки не подписывать контракт с ними на какой-то фильм. Обстановка была сложная, в это время Москва отменила все зарубежные гастроли наших артистов, так как за рубежом им устраивали обструкцию. На прием 7 ноября в наше посольство в Париже в знак протеста почти никто не пришел. Арагон и Эльза были подавлены и мрачны, они тоже осуждали нашу политику, но в печати пока не выступали, это будет позднее. Симона просила Арагона поговорить с послом Виноградовым, объяснить их положение и сделать все возможное, чтобы русские под любым предлогом отменили контракт. Тогда Монтан не будет платить неустойку, не поедет в Москву и не будет выглядеть предателем. Но у Арагона отношения с Виноградовым из-за той же Венгрии уже были на грани разрыва, он не мог его ни о чем просить, зная, что посол на это не пойдет. Я видела, что у Симоны буквально кровь отлила от щек. Она чуть не плакала, она так надеялась на Арагона.
Мне хотелось ее утешить, я позвонила ей на другой день, и она пригласила меня к себе.
Что я там выслушала! «Если б мы знали, что СССР такая страшная держава, то ни за что не согласились бы на гастроли» — это было самое безобидное. Я просто не знала, куда девать глаза, хотя — сам понимаешь — была не при чем. Они подписали протест деятелей французской культуры против нашего вмешательства и теперь опасались, что наша публика устроит им обструкцию и освищет Монтана. Я им сказала — чем, мол, виновата наша публика? Вечно нас за что-то наказывают — то лишают Шаляпина, то Рахманинова. «Вы хотите, чтобы теперь мы и вас не услышали?» Просила их не путать публику с вождями, что их очень ждут, что Монтана знают по записям Образцова, что Синьоре любят за ее фильмы, что их будут носить на руках и успех будет огромный. Словом — старалась. Да так оно и вышло.
— Выходит, это вы уговорили их приехать?
— Я, не я, но они немного успокоились. Думаю, что кое-что им, стало яснее после нашего разговора. В Москве она пригласила нас на концерт, и на следующий день Монтан прислал мне целую… копну цветов, другого слова не подберу. Наверно, большую половину того, что ему накидали на сцену.
Мне он крайне понравился. И симпатичный. И она очень талантливая. Умная».

Василий Катанян (из книги “Прикосновение к идолам” (1997)), Источник

[…]Советские власти благожелательно относились к Монтану — бывшему рабочему и сыну рабочего-коммуниста. А тут еще знаменитый Образцов , влюбившись во время парижских гастролей своего театра в песни Монтана, познакомил с ними огромную аудиторию советских слушателей. Так, в 1956 году Ива Монтана пригласили СССР на серию концертов.
За пару месяцев до запланированного визита они с Симоной отправились в столицу ГДР Берлин на съемки фильма по “Салемским колдуньям” Миллера. В пьесе речь шла не столько о знаменитом салемском процессе, как о Комиссии по антиамериканской деятельности (“охота на ведьм”). Это еще больше понрявилось советским руководителям, которые почувствовали в Монтане и Синьоре “своих”. После съемок они вернулись в Париж и стали вместе со своими музыкантами готовиться к поездке в Москву.
Но тут случилось непредвиденное. В Венгрии народ выступил против промосковской политики своего правительства, и это выступление было жестоко подавлено советскими войсками. Монтан и Синьоре задумались, не отменять ли им гастроли, ведь их приезд в Москву может быть истолкован как одобрение политики Кремля? Их многочисленные знакомые, французские деятели культуры и искусства, — настаивали на отмене гастролей. А член ЦК французской компартии, знаменитый писатель Луи Арагон вел себя “двойственно”: в глаза говорил, что ехать нужно, а за глаза — что поездка несвоевременна...
Никто не знает, чем в действительности руководствовались Монтан и Синьоре, но в декабре 1956 года они все же в Москву отправились. Концерты проходили с большим успехом. В отснятом в ходе их поездки документальном фильме можно было увидеть стоящую за кулисами зала им. Чайковского Симону, которая со слезами на глазах слушала песню “Когда поет далекий друг” Марка Бернеса. Этим “далеким другом” был Ив Монтан. Монтан и Синьоре побывали в гостях у тогда “маловыездного” Ильи Эренбурга, и, как вспоминает Симона, по совету парижских друзей привезли ему сигареты “Галуаз” и овечий сыр. На заработанные на гастролях деньги (не доллары и франки, а рубли) Симона купила в ГУМе — конечно, в спецсекции для иностранцев, куда ее привели, — две шкурки сибирского соболя, которые потом много лет придавали особую элегантность ее парадным туалетам.
На один из последних концертов Монтана пришел сам Никита Хрущев, а затем он их пригласили на ужин в небольшом кругу высших советских руководителей. Разговор, в основном, пошел не о песнях Монтана, а о реакции мира на венгерское восстание и его подавление советскими войсками. Как вспоминает Синьоре, Хрущев внимательно их слушал, задавал вопросы, вел себя непосредственно. У Симоны создалось впечатление, что Хрущев “впервые слышал правдивую оценку венгерских событий”. Говорили они и о других политических делах. “Вот с Тито ведь вы ошиблись?”, — спросил Монтан у Хрущева. — “Да, ошиблись, но мы свои ошибки признаем”, — имея, в виду свою речь на ХХ съезде КПСС, парировал Хрущев. Синьоре пишет, что беседа продолжалась часа два, была интересна обеим сторонам, и лишь Молотов все это время молчал, как камень. Хрущеву артисты очень понравились, в знак чего “хозяин” для обратного перелета предоставил им... правительственный самолет. С благословения Хрущева последовала концертная поездка по европейским странам социалистического лагеря. В Югославии, где к ним относились как к “своим и коммунистам”, их дружелюбно принимал на своей вилле Иосиф Тито.[…]
Видимо осознав свою политическую близорукость после знаменитой поездки в Москву в 1956 году, Синьоре и Монтан стали откликаться на политические события в мире. В 1969 году они встречались с первым президентом Израиля Бен Гурионом. В 1968 году они отправили письмо советскому послу в Париже, на этот раз осуждая подавление “пражской весны” и выражая свою солидарность с демонстрантами, вышедших с протестом на Красную площадь. “Очень хорошо для СССР, что эти пятеро (они не знали, что вышедших было семь, — Прим. Л.В.) существуют, и что они — советские граждане” — писали бывшие “преданные друзья” СССР. Это письмо облетело все европейские газеты, но из советских граждан его видел, пожалуй только посол СССР во Франции.[…]

Людмила Вайнер (Журнал "Чайка" № 13 (24) от 2 июля 2004 г.), Источник