«Классики документального кино»


29 марта в 19:30 в Малом зале Дома кино показ авторского фильма Майи Меркель.

28.03.2017

29 марта в 19:30 Московский клуб документального кино имени Микоши приглашает в Малый зал Дома кино на вечер из цикла «Классики документального кино».

Будет показан один из последних авторских фильмов Майи Максовны Меркель:

«ДВЕ ЕКАТЕРИНЫ» — избранное страницы из исторического художественно-публицистического киноромана «Статс-дама при императорском портрете»
Россия, 2007 г.

О взаимоотношениях императрицы Екатерины Второй и княгини Екатерины Дашковой, одной из ключевых фигур российского Просвещения.

Так снять документально-художественную публицистическую кинокартину могла только Майя Максовна.

Встреча с друзьями и коллегами Майи Максовны Меркель.

Вход свободный.

Малый зал Дома кино Союза кинематографистов России
(ул. Васильевская, д. 13, метро «Белорусская» или «Маяковская»).

СПРАВКА

Майя Максовна Меркель (11 мая 1927 — 29 марта 2015) — известный кинорежиссер, сценарист, оператор, писатель, одна из крупнейших представительниц авторского неигрового кино. Окончила операторский факультет Государственного института кинематографии (ВГИК), член Союза кинематографистов России, Союза журналистов, член гильдии кинодраматургов и режиссеров Союза кинематографистов, академик Академии кинематографических искусств "Ника" и Национальной Академии киноискусств и наук России, Заслуженный деятель искусств России.
Автор и режиссер многих художественно-публицистических и авторских фильмов. Каждый из ее фильмов становился явлением в истории отечественного кинематографа. Фильмы-портреты Майи Меркель рассказывают о мастерах искусства, ученых, о тех, кто создавал историю нашей страны. Среди ее героев – режиссёр Сергей Герасимов, физик Лев Ландау, кинооператор Сергей Урусевский, космонавт Юрий Гагарин, балерина Ольга Спесивцева, княгиня Екатерина Дашкова. Часто над своими фильмами Майя Меркель работала годами.
Её называли «железная леди» кинематографии из-за её сверхтребовательного, сильного характера. Она считала, что все, кто приступили вместе с ней к работе над фильмом – должны быть верными этому делу до конца, и она сама была верна всем этим людям, заботилась о них, помогала, на протяжении всей своей жизни поддерживала с ними связи.
Майя Меркель - автор книг о кинематографе «Угол зрения», «В сто сорок солнц...», «Включить полный свет!», «Вечное движение», «Портрет неизвестного» и др.. Её книги не только увлекательно написаны, но и дают анализ современного состояния и открытий неигрового кинематографа, настолько глубоко и полно показывают процесс создания фильма, работу оператора и режиссёра, что могли бы стать учебными пособиями.

Другие источники информации: facebook 
http://mikosha.club/ http://doc-kino-club.livejournal.com/


Опубликовано в журнале: «СловоWord» 2004, №43-44

ДВЕ ЕКАТЕРИНЫ

1. Екатерина Великая, российская самодержица
1729-1796

В Петербурге, в сквере, на площади Островского возвышается памятник Екатерине Второй (открыт в 1873 г.). У подножия статуи императрицы расположены девять скульптурных фигур известных деятелей России второй половины XVIII века, среди которых – только одна женщина с книгой в руках – Екатерина Дашкова.

Судьбы этих двух поистине выдающихся женщин, двух Екатерин, сыгравших огромную роль в становлении Государства Российского, его культуры и науки, настолько причудливо переплелись, что рассматривать их независимо друг от друга просто невозможно. И в минуты дружеской близости, и в период резкого расхождения взглядов, вплоть до ссоры, эти женщины чувствовали свою почти генетическую связь, хотя их многое разделяло.

2. Екатерина Романовна Дашкова
1743-1810

Екатерина II (1729-1796) – российская самодержица. Екатерина Дашкова (1743-1810) –директор петербургской Академии наук, президент Российской Академии. Современники их называли Екатерина Великая и Екатерина Малая.

Будущая императрица, урожденная принцесса София Фредерика Августа, появилась на свет в семье обедневшего Анхальт-Цербстского князя, служившего у прусского короля.

Екатерина Дашкова была дочерью российского сенатора, князя Романа Илларионовича Воронцова, происходившего из богатого и знатного рода.

Обе Екатерины получили по тем временам типично женское образование: языки, музыка, танцы, рукоделие. Уже в детстве их роднила любовь к чтению. Они были страстными книгочеями, что было редкостью в среде девочек-подростков тех времен.

У отца будущей царицы не было средств, чтобы дать дочери образование, соответствующее ее происхождению.

Дашкова воспитывалась в доме своего знаменитого дяди-дипломата, вице-канцлера Воронцова вместе с его дочерью, который, по словам Дашковой, "не жалел денег на учителей, и мы по своему времени получили превосходное образование". Дядя был знаменит еще и тем, что участвовал в дворцовом перевороте 1741 года, в результате чего на троне оказалась дочь Петра I, Елизавета Петровна. Вряд ли кто мог представить, что через двадцать лет деятельная племянница канцлера Воронцова станет непосредственной участницей заговора, свергшего Петра III и приведшего к власти Екатерину.

Будущая императрица мечтала о короне с самого детства. После того, как Елизавета Петровна объявила своего племянника (сына своей старшей сестры Анны) наследником престола, ему срочно стали подыскивать невесту. Выбор пал на юную дочь Анхальт-Цербстского князя, что, разумеется, не было случайностью.

С одной стороны, происхождение принцессы отвечало матримониальным требованиям, с другой – род ее, хотя и знатный, но весьма захудалый, влияния на общественную, а тем более на политическую, жизнь не имел. "Значит, и в России у немецкой принцессы притязаний на власть не будет", – считала Елизавета Петровна. О, как она ошибалась!

София крестилась и стала называться Екатериной Алексеевной. С энтузиазмом она принялась за изучение русского языка и достигла в этом заметных успехов, а в вере постаралась стать истинно православной.

Первая встреча великой княгини Екатерины Алексеевны и княгини Екатерины Романовны (ее выдали замуж в пятнадцать лет за князя Дашкова) состоялась зимой 1759 года на одном из великосветских балов. Юная Дашкова была очарована великой княгиней: Екатерина умела располагать к себе людей, хотя при дворе чувствовала себя чужой. В юной подруге великая княгиня сразу же оценила не только независимую личность, но и незаурядный ум, силу характера, деятельное начало...

С момента сближения резко обозначились и их различия: в темпераменте, в способности идти на компромисс, находить общий язык с собеседником, не говоря уже о внешности. Дашкова была чуть ли не дурнушкой, а Екатерина, хотя и не слыла первой красавицей королевства, была весьма привлекательной.

Общее, что связывало двух женщин, стало основой дружбы, несмотря на разницу в четырнадцать лет в возрасте. Кроме того, у княгини Дашковой были важные связи: многие ее родственники занимали высокие государственные посты и играли существенную роль в социально-политической жизни России. Сложное положение великой княгини усугублялось тем, что ее муж Петр не скрывал намерения после смерти императрицы жениться на своей пассии – родной сестре Дашковой, Елизавете Воронцовой.

Чем не сюжет для голливудского блокбастера!

Великая княгиня в лучшем случае могла оказаться в заточении в монастыре, в худшем – ее ожидала насильственная смерть.

Вот почему, когда стало очевидно, что жить императрице Елизавете Петровне осталось считанные дни, Дашкова морозным декабрьским вечером 1761 года тайно пробралась к великой княгине.

"...Скажите, какие у вас планы? Чем вы думаете обеспечить свою безопасность? Заодно посоветуйте, что мне делать", – с такими рискованными вопросами обратилась пылкая Дашкова к Екатерине. Великая княгиня оценила порыв юной подруги, но не раскрыла планов готовящегося переворота.

Какова же истинная роль Дашковой в свержении Петра III и возведении на трон Екатерины?

На склоне лет каждая изложила в мемуарах свою версию произошедшего. Но до чего же разнятся эти версии!

В воспоминаниях Екатерины II говорится, что участие Дашковой практически не повлияло на ход событий, главным образом по причине ее юного возраста (княгине было тогда всего восемнадцать лет).

Совершенно иначе эту историю излагает Екатерина Дашкова. По ее версии, именно она возглавила заговор, в который вовлекла графов К.Г. Разумовского, Н.В. Репнина, братьев Паниных, она руководила гвардейцами Измайловского полка, кто первыми присягнули Екатерине. Дашкова послала Алексея Орлова за будущей императрицей, чтобы он доставил ее в Петербург, где она и была провозглашена Екатериной II.

Как это нередко бывает с людьми, стремительно взлетевшими на государственный Олимп, императрица тут же охладела к подруге. Ей не понравилось, что Дашкова в планах осуществления заговора отвела ей пассивную роль. На самом деле это было далеко от истины.

Екатерина II, четко обозначив границы своих взаимоотношений с Дашковой, по меткому выражению А.И.Герцена, "отдалилась от нее с быстротой истинно царской неблагодарности".

Поскольку другие участники заговора оставили скупые свидетельства о судьбоносных событиях России, рассуждать об объективности Дашковой затруднительно. Но и отрицать ее роль в низложении Петра III ошибочно. Можно предположить, что в силу своего темперамента, необычайной энергии, у нее сложилось впечатление, что именно она (Дашкова) была в центре событий и даже направляла их ход.

Екатерина II щедро наградила наиболее отличившихся участников переворота, в числе которых была и Дашкова. Но составленный императрицей список открывался отнюдь не фамилией подруги, а именами других вельмож. Для Екатерины Романовны это был, конечно, первый чувствительный удар, хотя далеко не последний.

Ее возмутила связь императрицы с Григорием Орловым. Когда Екатерина II пожелала вступить с ним в брак, Дашкова была среди тех, кто дал понять императрице, что управлять Россией госпожа Орлова не может.

И больше всего Дашкову потрясло известие о гибели Петра III: она не сомневалась, что смерть его была насильственной и к ней причастна императрица. От идеального образа Екатерины II, сложившегося ранее, не осталось и следа.

Княгиня Дашкова была удалена от двора, но "характер ее был слишком непреклонен, чтобы стараться умилостивить государыню или покорно подчиниться ее власти". Она не сделала навстречу никаких шагов для смягчения или изменения взаимоотношений.

На Дашкову обрушился еще один удар: в 1764 году скоропостижно скончался ее горячо любимый муж, оставив супругу с двумя детьми и кучей долгов.

Перед отъездом Дашковой в свое подмосковное имениеТроицкое состоялось свидание с Екатериной II. Оно было кратким и недружественным. Императрица как будто была рада ее отъезду.

Поселившись в имении, княгиня с присущей ей энергией взялась за его управление и в короткое время сумела рассчитаться с долгами. Имение стало рентабельным.

Екатерина II занялась государственными делами, не забывая при этом о простых земных удовольствиях.

В 1769 г. Дашкова вместе с детьми по разрешению императрицы выехала за границу, посетила несколько европейских стран. В Париже она встретилась с Дени Дидро, кумиром ее юности. В беседе с ним, зная о его переписке с Екатериной II, Дашкова постоянно подчеркивала ее государственный ум, образованность, силу характера. Дидро немедленно написал императрице о встрече с княгиней и ее лестных отзывах.

Дашкова встречалась также с Вольтером, с другими известными общественными и государственными деятелями. Тяга к образованным мыслящим современникам, несомненно, роднила ее с государыней.

В 1771 году по возвращении в Петербург Дашкову неожиданно ожидал теплый прием у Екатерины II, которая пожаловала княгине шестьдесят тысяч рублей.

Екатерина Романовна была приятно удивлена, хотя понимала, что это плоды лести, на которую так была падка императрица.

Во время своего второго путешествия за границу в 1775 году Дашкова на свои деньги устроила в Пизе (Италия) пышные торжества, посвященные правлению Екатерины II, что не осталось незамеченным при российском дворе.

Когда Екатерина Романовна в 1782 году возвратилась в Россию, она вновь была обласкана государыней. Наградой стали две с половиной тысячи крепостных и роскошный дом в Петербурге. Но самое главное, Екатерина II не побоялась назначить Дашкову директором Петербургской Академии наук, отбросив все личные антипатии. Императрица заявила, что она "не только вполне довольна своим выбором, но даже гордится им". Действительно, выбор оказался безошибочным. Дела Академии быстро поправились: она избавилась от долгов, сотрудникам стали выплачивать жалованье. В академической типографии появились новые шрифты, библиотека пополнилась значительным количеством книг, все издания были каталогизированы, приведен в порядок архив.

В общем, Дашкова оказалась неплохим администратором. Екатерина II, придававшая огромное значение развитию науки, разрешила обращаться к ней в любое время по вопросам, касающимся Академии.

Бурная деятельность Дашковой на академическом поприще подтолкнула императрицу еще к одной инициативе – созданию учреждения для изучения русского языка. С этой целью в 1783 году была организована Российская Академия наук. Императрица назначила Дашкову ее президентом.

За всю последующую историю России Академию наук никогда больше не возглавляла представительница слабого пола. Свою первоочередную задачу Дашкова сформулировала следующим образом: "Сочинение грамматики и Словаря да будет первым нашим упражнением".

За короткий срок (всего шесть лет) был составлен "Словарь Академии Российской", который и сегодня не утратил научной ценности. Но императрица отдала предпочтение другому труду – "Сравнительные словари всех языков и наречий, собранные десницею всевысочайшей особы" (1787 год), написанному по ее инициативе и под ее руководством, что привело к трениям между двумя женщинами и очередному охлаждению отношений.

Екатерина II, отдавая должное организаторским способностям Дашковой, не упускала случая подчеркнуть, какой у Екатерины Романовны тяжелый, невыносимый характер, старалась уколоть ее в самое больное место – у последней не ладились отношения с сыном и дочерью.

Оставшись вдовой в двадцать четыре года, княгиня больше не выходила замуж, посвятив жизнь детям, и потерпела полное фиаско. С сыном Павлом Дашкова порвала связь, потому что он посмел без ее разрешения жениться на дочери захудалого откупщика. Дочь Анастасия оказалась полной противоположностью матери – мотовкой и скандалисткой. Быстро промотав свое наследство, она попала под надзор полиции, позднее – под опеку. Однако вина самой Дашковой тоже была немалой: ее деспотичный характер вкупе с мелочной опекой оттолкнули детей от матери.

И у Екатерины II личная жизнь не удалась. Постоянно сменяемые фавориты не принесли ей семейного счастья, хотя она стала матерью пятерых детей. Екатерина родила двоих от Петра III: сына Павла (1754-1801), будущего императора, и дочь Анну (1757-1759); сына Алексея Григорьевича Бобринского (1762-1813) – от Григория Орлова; дочь Елизавету Григорьеву Темкину, 1775 г. рождения, – от Григория Потемкина и сына – графа Сабира – от адмирала Дерибаса.

На склоне лет обеих Екатерин ожидали одиночество и болезни.

Еще одно совпадение: обеим им был отмерен один срок жизни – шестьдесят семь лет.

История отношений двух Екатерин будет явно неполной, если не коснуться одного общего их увлечения. Они, несомненно, обладали способностью к литературному творчеству. Примечательно, что обе оставили мемуары под одним названием – "Записки", которые до сих пор читаются с большим интересом.

Проявили они себя и на издательском поприще. Екатерина II была фактически главным редактором популярного сатирического журнала "Всякая всячина". По инициативе Дашковой было выпущено в свет первое "Полное собрание сочинений М.В. Ломоносова", переиздана его же "Российская грамматика". Среди других заметных изданий: "Всеобщая и частная естественная история" Ж.Л. Бюффона, "Письма о разных физических и философических материях, написанных к некоторой немецкой принцессе" Л. Эйлера, "Зрелище природы и художеств" в десяти томах с 480 гравюрами – первая популярная энциклопедия по естествознанию и технике, изданная для юношества.

Однако главным детищем Дашковой стал литературно-художественный и исторический журнал "Собеседник любителей российского слова", в котором публиковалась и она сама. Дашкова была автором двух комедий и музыки к одной из опер.

Поражает творчество Екатерины II: она – автор десятков литературных произведений, которые называла "безделками", одиннадцати комедий, семи опер, пяти "Былей и небылиц". Ее комедии и оперы с успехом ставились в Ермитажном (так он назывался) театре.

Интересен опыт их совместного труда – историческое сочинение "Антидот" ("Противоядие"), вышедшее в 1770 году. Книга стала ярким полемическим ответом на произведение аббата Шаппа д'Отероша "Путешествие в Сибирь", в котором в черных красках изображена Россия и русские люди.

Но и на литературном поприще не обошлось без конфликтов. В 1785 году в академической типографии Дашкова опубликовала трагедию драматурга Я.Б. Княжнина "Вадим Новгородский". Императрица сочла, что эта книга подрывает государственные устои; ее изъяли из продажи, а Дашковой был объявлен выговор. Состоялось и очное объяснение – настолько бурное, что княгиня подала в отставку сразу с двух постов. Екатерина II не стала ее удерживать.

Это была последняя встреча двух Екатерин.

Известие о смерти государыни, полученное Дашковой в своем подмосковном имении, надолго уложило ее в постель.

После вступления на престол Павла I (1796-1801), сразу после смерти матери, княгиня Дашкова была отставлена ото всех должностей. Павел I, боготворивший отца, не мог простить ей участия в заговоре и в возведении матери на трон.

Последние годы жизни Дашкова провела в деревне, где и написала уже упоминавшиеся "Записки".

Что же на самом деле разделяло двух Екатерин?

Их общий интерес к французской общественно-политической литературе, к передовым идеям эпохи Просвещения, который привел к конфликту, когда встал вопрос, как на практике применить эти идеи.

Конфликт начался буквально через несколько часов после переворота и длился три десятилетия – то затихая, то разгораясь, пока, наконец, не кончился полным разрывом. Биографы объясняли мотивы конфликта по-разному, но всегда видели их в личных отношениях. Здесь трудно спорить. Отмечали, что Екатерина II не желала разделить славу с другой женщиной: она не могла терпеть у себя под боком молодую, умную, энергичную, образованную особу, которая постоянно вмешивалась в государственные дела и высказывала несогласие не только с царедворцами, но и с самой государыней.

В силу своего прямого резкого характера Дашкова не смогла приспособиться к придворному этикету. Принципиальная Екатерина II это отлично понимала, и после переворота приняла для себя единственно правильное решение: отдалить Дашкову от двора. Лишь через двадцать лет императрица сделала ее главой двух академий. После этого Дашкова немного успокоилась, но по-прежнему выше всего она ставила внутреннюю свободу, что не могло не привести к их полному разрыву. Екатерина II полагала, что в Российской империи внутренней свободой может обладать лишь один человек – государь.

И еще одна невыясненная деталь. Существовало ли между двумя Екатеринами чисто женское соперничество? Документы не дают ответ на этот вопрос.

Зная неизбывное стремление Екатерины II первенствовать во всем, трудно предположить, что она позволила бы кому-либо перебежать ей дорогу, тем более Дашковой, в которой она подспудно всегда чувствовала конкурента.

Российскую историю невозможно представить без Екатерины Великой и Екатерины Малой: Наверно, не случайно обеим Выдающимся женщинам выпало жить в одно время – "в столетье безумном и мудром".