Операторы и работники фронтовых киногрупп. Кармен Роман Лазаревич

Монтажные листы фронтовых кинооператоров.

19.11.2021

Валерий Иванович Фомин (род. 18 апреля 1940 года в Татарстане (ТАССР), д. Ново-Шешминск) — киновед и историк кино. Доктор искусствоведения. Действительный член киноакадемий «Золотой орел» и «Ника». Лауреат 18 премий профессиональных премий. Автор книг, выставок и документальных фильмов по истории отечественного кино. В настоящее время сотрудник Государственного центрального музея кино, готовит интернет-публикацию полной коллекции сохранившихся монтажных листов советских фронтовых операторов 1942-1945 гг.

Опубликовано: «ПЛАЧЬТЕ, НО СНИМАЙТЕ!..» СОВЕТСКАЯ ФРОНТОВАЯ КИНОХРОНИКА 1941–1945 гг.» (Автор Валерий Фомин; Изд: — М.; ООО "Киновек"; 2018; с. 719-720 — "Забытый полк. Операторы и работники фронтовых киногрупп. Материалы к биографиям"; раздел подготовлен совместно с В.А. Ждановой). Фото: "Кинооператор Роман Лазаревич Кармен снимает в блокадном Ленинграде". Фото (отпечатано с негатива 1942 года) было подарено Романом Карменом Иосифу Хмельницкому (для близких друзей — Юзик). Автор фото: Борис Кудояров.

Кармен (Корнман) Роман Лазаревич (1906–1978)

Кинооператор, режиссер. Народный артист СССР, Герой Социа­листического Труда. Член ВКП(б) с 1939 г. Родился в Одессе. Еврей.

Позже семья Кармена переехала в Москву. Роман учился на рабфаке. С детских лет занимался фотографией. В сентябре 1923 года в журнале «Огонек» были опубликованы его первые сним­ки.

В 1932 Роман Кармен окончил операторский факультет ГИКа. После окончания обучения начал работать на «Союзкинохрони­ке».

Прославился своими съемками гражданской войны в Испа­нии (1936–1939).

Во время Великой Отечественной войны – фронтовой кинооператор, начальник киногрупп. Принимал участие в съемках фильмов «Разгром немецких войск под Мо­сквой», «Ленинград в борьбе», «Орловская битва», «Освобождение Советской Белорус­сии», «От Вислы до Одера», «В Померании», «Берлин», «Майданек – кладбище Европы» и др.

Кармен с его большим опытом съемок под пулями и бомбежками входил даже не в десятку, а первую пятерку «обстрелянных» советских операторов. И не удивительно, что он без раскачки, по-военному уверенно и расчетливо встретил фашистское нашествие. Причем не только как умелый оператор. В самый трудный момент начавшейся блокады Ленинграда, когда управление Ленинградской студией кинохроники было потеряно, он был командирован руководством для организации ее работы в изменившихся услови­ях. И именно Кармен, четырежды выезжая на передовую и снимая сам, оперативно и в нужном направлении сумел запустить на полную силу работу Ленинградской студии кинохроники. От этой командировки остались потрясающие съемки для Кинолетописи и документальный фильм «Ленинград в борьбе».

Той же суровой зимой 1941–1942 года Роман Лазаревич умудрился успеть со съемками для великого фильма «Разгром немецких войск под Москвой». Далее снимал на разных фронтах и дошел с войсками до Берлина.

Вот его служебная характеристика тех лет:

«Тов. Кармен как фронтовой кинооператор является образцом того, что мы называем "репортерская совесть". Репортерская совесть включает в себя понятия о чести советского корреспондента, творческую активность, опе­ративность, всестороннюю осведомленность и честное отношение к тому, что он показы­вает и о чем рассказывает, а также исключению из своего словаря слова "невозможно". Всеми этими качествами т. Кармен обладает в полной мере…»

(РГАЛИ. Ф. 2487. Оп. 1. Д. 1002. Л. 53.)

Однако при всей заслуженной славе Кармена, начальство, возможно из ревнивой за­висти, а, может быть, и не без оснований, трезво отмечало в его огромной и ценной работе один нюанс – съемок в непосредственно боевых условиях на счету Кармена за годы войны накопилось совсем немного. В какой-то степени он выдвинулся в ряды са­мых знаменитых летописцев Великой Отечественной войны за счет того, что, оказавшись участником самых значительных и знаковых ее событий, снимал все же в основном, что называется, «по следам». Но снимал, конечно же, очень здорово. Сказалась и его хорошая журналистско-литературная хватка. Кармен не только снимал как оператор, но и регу­лярно писал отличные репортажи в тогдашние газеты.

К концу войны в его работе, как и у некоторых других операторов, видимо, уже стала сказываться пудами копившаяся усталость. Он имел замечания от руководства кинохро­ники. В данной ему итоговой служебной характеристике отмечалось:

«Работает в группе 1-го Белорусского фронта с июля 1944 г. Являясь кинооператором высшей категории, за­снял некоторое количество сюжетов и репортажного материала в процессе летнего на­ступления Красной Армии летом 1944 г.

Достаточной активности в производстве боевых съемок не проявил и не занял в своей группе того ведущего места, которое соответствовало бы его опыту и квалификации.

Основные военные съемки т. Кармена – такие как "Форсирование Вислы", "Мотоциклисты" и "Бои восточнее Праги" – содержали отдельные интересные кадры и наблюде­ния, но в целом дали материал ограниченной ценности.

Серьезный качественный перелом в работе т. Кармена наступил лишь в процессе съемок зимнего наступления Красной Армии в Германии в 1945 г.

До конца 1944 года его работа должна быть признана сравнительно слабой, а т. Кармен не заслуживает правительственной награды».

(РГАЛИ. Ф. 2487. Оп. 1. Д. 993. Л. 138.)

После войны Кармен работал на ЦСДФ. Художественный руководитель и один из режиссеров документальной киноэпопеи «Великая Отечественная». Снимал во Вьетнаме и в Южной Америке в 1950-х и 1960-х годах, снимал руководителей международного коммунистического движения и революционных лидеров: Мао Цзэдуна в Китае, Хо Ши Мина во Вьетнаме, Фиделя Кастро на Кубе, Сальвадора Альенде в Чили.

Кармен преподавал во ВГИКе, воспитал замечательных мастеров документального кино.

Трижды лауреат Сталинской премии, лауреат Ленинской премии.

Награжден орденами Красного Знамени, Красной Звезды, Трудового Красного Знаме­ни (дважды), медалями «За оборону Москвы», «За оборону Ленинграда», «За освобожде­ние Варшавы», «За взятие Берлина», «За победу над Германией в Великой Отечественной войне 1941–1945 гг.».

Зачислен в классики советского кино. От себя добавим – более чем заслуженно.


МОНТАЖНЫЕ ЛИСТЫ ФРОНТОВЫХ КИНООПЕРАТОРОВ

«Танковые соединения в белорусских лесах не могут совершать массовых атак. Но танкисты быстро приспособились к новой обста­новке...»

«НА БЕЛОРУССКОМ ФРОНТЕ»

Февраль 1944 г.

Монтажный лист № 5293

Оператор: Р. Кармен

Орловская Краснознаменная танковая бригада прошла славный путь от донских степей до лесов Белоруссии. Здесь нет широких просторов. Леса и болота ограничивают действия танков. Танковые соединения в белорусских лесах не могут совершать массовых атак. Но танкисты быстро приспособились к новой обстановке, совершенствуя методы маневренной войны в густых лесных массивах, на редких лесных просеках. Здесь, как и в широких степ­ных просторах, они стали грозой немецких оккупантов.

Командир бригады гвардии полковник тов. Шульгин начал драться с немцами 22 июня 1941 года – это опытный, отважный ветеран войны. Перед боем – краткое совещание. Он знакомит командиров с боевой задачей: преодолев лесной массив, танки должны, про­чистив путь пехоте, выбить немцев из деревни Н. Условный сигнал рукой: вперед. Танки идут в атаку. За танками идет пехота.

Деревня Козловичи. Немцы, отступая, подожгли ее. Танки с десантами автоматчиков врываются в пылающую деревню, окутанную дымом. Колхозники пытаются погасить по­жар – спасти свои хаты, подожженные немцами.

В нескольких кадрах показаны результаты боевой работы наших танков. Немцы, обо­роняясь, устроили в лесах засады. Замаскированные немецкие танки пытались остано­вить советских танкистов. Вот они – немецкие танки, вдребезги разнесенные снарядами наших танкистов. Мы видим обгоревшие груды металла. В немецких танках обгорелые трупы фрицев. В некоторых кадрах наглядно показана сила советского противотанкового снаряда: башня немецкого танка отброшена на пятнадцать метров вместе с пушкой. Об­

горевший немец-танкист словно загородился рукой от смертельного удара. Он мертвый так и застыл в этой позе.

Выбив немцев из деревни, танки идут дальше на запад. Это грозное шествие совет­ской техники. По окутанным туманом дорогам идут десятки машин. Это дорога нашего наступления. Вслед за наступающими частями идут связисты. Вот в воронке от снаряда, около сгоревшего немецкого танка, связист тов. [нрзб.] налаживает связь. Он уже вклю­чил телефон и докладывает: есть связь.

Люди возвращаются в родные деревни. На каждом шагу в Белоруссии на дорогах пе­чальное шествие людей, потерявших кров. Вот семья колхозника. Коровка, тележка со скар­бом. А это то, что нашли они, вернувшись в родное село: на белом снегу кучка пепла и огрызок забора. Это – их дом, где росли их дети, отцы, деды. Это немецкая «зона пустыни».

В боях за деревню Козловичи смертью героев погибли капитан Зильберг и майор [нрзб.]. На околице деревни их похоронили товарищи. Зильберг был секретарем комсо­мольского комитета московского завода «Серп и молот». Со своей батареей он стоял на­смерть на узкой просеке у моста. Он уничтожил больше десяти немецких танков, остался один и, трижды раненный, продолжал вести огонь. Немцы не прошли. Отдать последний долг герою приходят бойцы, колхозники. Колхозник [нрзб.] обнажает голову у могилы советского офицера, отдавшего жизнь за Родину.

Дорога наступления усеяна трофеями. Среди них гигантское орудие, которое немцы, удирая, не смогли вытащить из болота. Оно состоит из трех частей. Вот его огромная ста­нина, вот транспортер, который его тащил. Транспортер тоже завяз в болоте.

Нелегко наступать в условиях болот и нашим войскам. Вот обычный эпизод: тяже­лый грузовик, провалившийся в болото. Торчит на поверхности только кончик радиатора. Люди раздеваются, лезут в ледяную воду, трактором вытягивают машину.

В условиях болотистых лесов, где необходимо действовать маневренными небольши­ми группами войск, незаменимы бронетранспортеры, мотоциклы. Этот род подвижных войск широко применяется в боях на белорусской земле. Вот одна из таких частей. По лесным просекам, по густым лесам несутся, легко преодолевая препятствия, легкие бро­нетранспортеры.

Командир батальона ставит задачу: боем разведать силы противника, захватить плен­ных. Кочующие минометы. Они укреплены на мотоциклах. Быстро заняв огневую пози­цию, они дают несколько залпов по врагу. И тут же, мгновенно свернувшись, меняют позицию, мчатся на новое место, не давая немцам возможности засечь и поразить их. Автоматчики на бронетранспортерах пробиваются через лес. На заранее засеченном ру­беже автоматчики спешиваются и, оставив транспортеры, идут в атаку.

Задача боя выполнена. Вот пленные фрицы, захваченные в плен. Они дают командиру ба­тальона подробные сведения о своих войсках, о расположении огневых точек, о силах против­ника. На месте боя трупы гитлеровцев (этот эпизод предлагаю выделить в отдельный сюжет).

Навстречу Красной Армии выходят из лесов партизаны. Вот одна из многочислен­ных подрывных партизанских групп, которые в этих краях наводили панику на немецких оккупантов. Народные воины сделали свое историческое дело. И теперь они торопятся вступить в ряды регулярной армии, продолжать борьбу в качестве ее бойцов. Я снял их на фоне моста, разрушенного партизанами в момент нашего наступления. В их руках немецкие мины. Немецкими минами они подрывали немецкие танки. И они просили их заснять именно на том танке, который они подорвали на этой дороге. На танке надпись, говорящая, что это командирский танк.

Слева направо: Петя Бондарчук – старшина подрывной группы. До войны он был помощ­ником машиниста Калинковичской железной дороги. Михаил Отчик – ученик семилетки. Андрей Сычев – студент мединститута. Авдей Канаш – комсомолец, старший стрелочник этой же дороги.

Р. Кармен.

«ЛАГЕРЬ СМЕРТИ – ВСЕЕВРОПЕЙСКИЙ "КОМБИНАТ" УНИЧТОЖЕ­НИЯ ЛЮДЕЙ В МАЙДАНЕКЕ»

Монтажный лист № 1008

Оператор: Р. Кармен

Майданек – концентрационный лагерь, построенный немцами близ Люблина.

Этот лагерь замечателен тем, что он имел всеевропейское значение. Для убийства сюда свозили эшелонами людей со всей Европы: из Дании, Норвегии, Чехословакии, Франции. Свозили людей специально для уничтожения.

«Душегубка» на фоне этого лагеря – кустарный метод убийства. В Майданеке были по­строены капитальные здания, в которых уничтожение людей было доведено до уровня и тем­пов конвейерного производства. Убивали газом, вслед за тем сжигали в специальных печках. Сейчас, когда особая комиссия изучает и расследует все, что происходило в Майданеке, мож­но утверждать, что здесь было истреблено свыше миллиона людей всех национальностей.

Сюда направляли людей, которые, потеряв силы и здоровье на каторжных работах в Германии, становились непригодными к работе. Их пропускали через печи Майданека.

Страшная деталь: жертвы Майданека шли на удобрение немецких полей! Промышлен­ная конвейерная система убийства завершалась последней своей стадией: кости, пепел сожженных людей упаковывались на удобрение почвы помещичьих усадеб.

Вот этот лагерь. Он раскинулся на огромной территории, обнесен колючей проволокой. Отсюда ни один человек не убежал, ибо это невозможно.

Между двумя заборами колючей проволоки пропускался через линии проводов ток высокого напряжения. Через каждые 15 метров вышка с часовым. Сотни собак, система сигнализации, чудовищные пытки за подозрение в намерении бежать.

Охрана лагеря состояла из отборных палачей СС во главе с садистом-комендантом лагеря штурмбанфюрером Туманом.

По строгости, жестокости режима не было равного в Европе места, чем ставший легендар­ным Майданек. Из самых страшных лагерей Германии – из Дахау, Маутхаузена, Гросс-Розена привозили сюда неблагонадежных, ослабленных, привозили на убийство.

Убивали так: партия в 50-100 человек приводилась в камеру, где людей раздевали, потом пускали газ. Вот эта камера (вернее, ее следы, ибо немцы сожгли здание газокаме­ры и крематория) – вот одежда последней партии уничтоженных здесь людей.

Вот отверстия в стене, через которые в камеру пропускался газ.

Вот «сырье» – бачки с хлорной известью для массового промышленного производства газа. По количеству этих бочек можно заключить, каких масштабов достигали убийства.

Вот печи, где сжигали удушенных людей. Особой тележкой труп подавался в печь. Внутренность печи, где видны груды человеческих костей. И груды полусожженных тру­пов.

Вот банки, в которые упаковывалось «удобрение» для немецких помещиков.

Над грудой пепла и костей рыдает Настасья Антоновна Козлова. Ее мужа Николая Ивановича Козлова замучили и сожгли здесь. Их вывезли из Киева сюда, 19-летнюю дочь Надю угнали в Штутгарт.

Команда этого крематория периодически здесь же уничтожалась. Палачи шли в печь вслед за своими жертвами.

Вот те, которые уцелели. Их немного осталось. Это советские военнопленные. Иска­леченные люди, на костылях, они до сих пор не могут прийти в себя, поверить в свое спасение. На их одежде клеймо <…> (Советский Союз). Мало того: немцы клеймили наших военнопленных. На груди у каждого был вытатуирован его номер.

Лобанов Гаврил [Гаврила] Павлович – рядовой, был взят немцами в плен под Харь­ковом, его подобрали раненым на поле боя. Он помешался. Его морили голодом, он ел траву и сейчас он не выпускает из рук пучка с травой (крупный план).

Узники страшного Майданека в сердцах своих хранили мечту о свободе, о жизни. Они построили замок.

Немцы хотели, чтобы лагерь снаружи выглядел красиво. Они решили построить за­ключенным этот замок.

В этом маленьком замке, построенном руками обреченных людей, те, кто создали его, воплотили мечту о прекрасной родине, о свободной жизни, от которой отделяли их ряды проволоки, тока, сотни озверелых палачей.

Майданек – воплощение концентрагитлеризма. Майданек – это есть «новый порядок в Европе». Майданек оставил далеко позади кустарную душегубку. Это – индустрия убий­ства людей всех народов Европы. О том, что происходило за колючей проволокой герман­ского всеевропейского комбината смерти, нужно рассказывать всему миру, поколениям.

Поэтому я очень подробно, не жалея пленки, снял все, что сохранило следы немецкого концентрационного лагеря, в котором палачи Гитлера убили больше миллиона свобод­ных людей.

Справка: установлено, что в Майданеке был уничтожен немцами Леон Блюм1.

Оператор Кармен.

Незаверенная копия, машинопись.

________________________________
1. Леон Блюм (1872–1950) – лидер и теоретик Социалистической партии Франции. В 1936–1938 гг. возглавлял Народный фронт. В годы оккупации был арестован и интер­нирован в Германию. Однако Кармен поторопился похоронить Блюма – автор доктри­ны «гуманистического социализма» продолжал активную политическую деятельность вплоть до 1950 г. 

«Допрос захваченных в лагере эсэсовцев...»

К ЗВУКОВЫМ СЪЕМКАМ В ЛАГЕРЕ МАЙДАНЕК

Монтажный лист № 1050

Оператор: Р. Кармен

  1. На фоне крематория снят Михаил Петрович Аброхов, заключенный лагеря, фельд­шер (в очках). Он дал Чрезвычайной комиссии весьма ценные показания. Он – советский военнопленный, находился при лазарете лагеря, был свидетелем всего, что происходило на Майданеке.
  2. Король Лев Августович – капитан Красной Армии (безногий), был освобожден наши­ми войсками из Майданека.
  3. Допрос захваченных в лагере эсэсовцев: Антон Тернес, оберштурмфюрер СС, был в лагере заведующим питанием офицерского персонала лагеря.

Второй – ротенфюрер СС Тео Шёллен, был в лагере начальником рабочей команды.

Оба, конечно, отрицают свое участие в убийствах, но рассказывают все, что знали об убийствах людей.

Допрашивают:

  1. Генерал-майор юстиции – прокурор 1-го Белорусского фронта Л.И. Яченин (в центре).
  2. Д.И. Кудрявцев – представитель Чрезвычайной комиссии.
  3. Поручик Прокопович Яков, зам. прокурора 1-й Польской армии.

Съемку я производил на аппарате группы Форда. Оператор Форберт, звукооператор Сенкевич.

Кармен.

Незаверенная копия. Машинопись. Дата не указана.

 «Никакая сила не могла остановить этого стального натиска тех­ники Красной Армии, идущей на Берлин...»

«НАСТУПЛЕНИЕ НА БЕРЛИН»

1-й Белорусский фронт

Монтажный лист № 154

Кинооператор: Р. Кармен

750 метров

  1. От Одера до Берлина.

Последние часы перед вводом в прорыв обороны танковых масс, сосредоточенных на плацдарме. Поле. Сотни машин замаскированы. В ожидании приказа о наступле­нии – люди и машины. Герой Советского Союза гвардии лейтенант Кравченко со своим механиком-водителем, тоже Героем Советского Союза, гв. старшим сержантом Чапаевым внимательно изучают маршрут глубокого танкового рейда. Цель – Берлин.

Рощи, поля, околицы деревень – все заполнено танками. Вот около замаскированного в разбитой немецкой деревне дома танкисты расположились под пушкой для последнего  перед боем чаепития. Танковый экипаж гв. мл. лейтенанта Леонтьева слушает гармони­ста мл. техника-лейтенанта Антипова.

Танки генерал-полковника Богданова двинулись в прорыв.

Вот она, прорванная линия немецкой обороны. Проволока, траншеи, трупы немцев, сгоревшие немецкие танки – «пантеры», мимо всего этого до горизонта тянется лента танков, устремившихся в прорыв. Столбы пыли скрывают диск заходящего солнца. На запад – курс танков, начавших свой безостановочный рейд.

Танковый рейд в тылы противника – это подавляющая масса бронированной техники, двигающейся с большой суточной скоростью, проникающей к рубежам врага, располо­женным в глубине его обороны. Дороги нашего наступления на Берлин – классический образец мощного рейда больших масс техники в тылы врага. Масса танков бесконечной лавиной идет по дорогам. Идут тяжелые танки ИС1, самоходные пушки всех калибров, бронетранспортеры, артиллерия. Дорог не хватает, и колонны машин скатываются на це­лину, двигаясь непрерывно в несколько рядов.

И никакая сила не могла остановить этого стального натиска техники Красной Армии, идущей на Берлин. Вот «фокке-вульфы» пикируют на наши колонны. Они снижаются до самой земли, строча из пушек, выпуская реактивные снаряды. Пикируют каруселью.

Красноармеец Жуковский прошел доблестный путь воина от Ленинграда до переправы на подступах к Берлину. Штурмуя переправу, был тяжело ранен. Навстречу двигающимся на Берлин танкам товарищи ведут под руки окровавленного боевого друга.

Испуганно озираясь, проталкиваясь между брони, тянутся навстречу наступающим танкам пленные немцы.

До Берлина остались считанные километры. Идет по полям усталая пехота. Послед­ний привал перед окончательным броском. Боец пьет воду из ручейка. Полевая почта догнала солдат, наступающих на Берлин. Здесь в нескольких километрах от Берлина [пришло] солдату письмо с родины. Листовка политотдела дивизии: «…товарищи, до Берлина осталось 10 километров…» Эту листовку читает гвардии рядовой Федор Сер­геевич... он прошел весь путь Отечественной войны с июля 1941 года, ему осталось 10 километров. Горит подожженный немецкой противотанковой пушкой наш танк. Близки окраины Берлина. Танкисты подполковника Вайнруба (они первые ворвались в Берлин) взяли штурмом первый пригород Берлина – Бернау. На холме, на окраине Бернау, они водрузили красный флаг.

  1. В Берлине.

Первые танки и самоходки на улицах пригорода Берлина Вайсензее. Они проходят по пустынным, словно вымершим, улицам. Берлинер-аллее, так называется эта широкая улица, по которой пошли советские первые танки, вошедшие в Берлин.

Первыми ворвались в Берлин танки соединения, которым командует генерал-лейтенант танковых войск тов. С.М. Кривошеин. Он снят на улице Берлинер-аллее в 16 ч. 30 мин. 22 апреля.

Пробитый пулями дорожный знак: «Берлин». Идут тяжелые самоходные пушки, направляющиеся в пригороды Берлина. Навстречу с тележками «жители Берлина» – наши советские девушки. Уже сейчас, в первые часы занятия советскими войсками пригородов, они идут прочь из этого проклятого города. Они приветственно машут нам руками.

Лагерь французских и бельгийских военнопленных, работавших на соседнем танко­вом заводе. Курмарк-лагерь2. Они выбегают навстречу советским военным, вывешивают на воротах лагеря флаги, смеются, ликуют.

В пригороде Тегель3 через несколько часов после его занятия нашими войсками все насе­ление на улицах. Они расхватывают листовки с обращением тов. Сталина, Трумэна и Черчилля.

Берлинцы истощены долгой голодовкой. Полевая кухня одной из воинских частей раздает горячую пищу и хлеб голодным берлинцам.

Квартал за кварталом, дом за домом с боем берут наши части. Сопротивление немцев на улицах Берлина исключительно сильное. Сняты эпизоды уличных боев в западной части города.

По окну, откуда бьет немецкий пулемет, бьет прямой наводкой орудие танка. Вслед за выстрелом в одном кадре виден разрыв снаряда в том месте, где немецкая огневая точка.

Горят дома, подожженные снарядами. Мимо этих домов проходят наступающие цепи автоматчиков. Вдоль улицы по немецким баррикадам бьют прямой наводкой самоход­ные пушки.

Тяжелый танк ведет огонь

Артиллеристы на руках подтаскивают на огневую позицию 75 мм пушку. Пушка вме­сте с танком ведет беглый огонь по немецким автоматчикам, засевшим в домах.

Дважды Герой Советского Союза генерал-полковник т. С.И. Богданов, его имя почти во всех приказах тов. Сталина, начиная от Вислы до Берлина. Он снят в Сименсштадте. Ему приносят старинные реликвии прусской военщины – рыцарские штандарты, личные аксельбанты Вильгельма, шитые золотом придворные мундиры, захваченные танкистами в королевском дворце Берлина.

Гарнизон Берлина капитулировал. По улицам, еще хранящим следы боев, тянутся ко­лонны пленных немцев. Пленный полковник – начальник штаба одного из капитулировав­ших корпусов. Его подводят к «виллису», везут на фоне горящих зданий в штаб.

Немцы выходят из подвалов. Жители Берлина не могут поверить, что кончилась жизнь в бомбоубежищах, кончилась канонада пушек на улицах. Они еще испуганно жмутся к стенам домов, сидят на своем скарбе.

Утро капитуляции – второе мая. Тиргартен4. Здесь возвышается знаменитая колонна победы. Танкисты уже украсили ее алыми полотнищами. У подножия колонны – танки. Каждый танк уже украсили красными флажками. В Тиргартене возле колонны стихийный митинг танкистов. О боевом пути славных гвардейцев танкистов, прошедших путь от Сталинграда до Берлина, горячо говорит с танка гвардии полковник Карякин.

С вершины колонны – панорама Берлина, окутанного дымом пожаров и мглой серого дождливого утра. Вот вдали – Рейхстаг, над которым водружено знамя победы.

Бранденбургские ворота. Мимо них идут тяжелые танки. Они проходят мимо Рейхстага. У Бранденбургских ворот тоже летучий митинг. Выступает перед пехотинцами поэт-фронтовик Евгений Долматовский. Горят дома на Унтер-ден-Линден5. Идет пехота по улицам Берлина.

Р. Кармен.

Незаверенная копия. Машинопись. Без даты.
__________________________________
1. ИС – серия советских тяжелых танков выпуска 1943–1953 гг. Аббревиатура ИС озна­чала «Иосиф Сталин».

2. Помимо концлагеря для военнопленных в местности Курмарк располагался один из цен­тров учебной подготовки войск СС. Обучение новобранцев СС обычно проходило на полигонах и в специальных школах. На полигонах обычно формировалось и обучалось все подразделение, в то время как в школы посылались лишь отобранные лица для подготовки по различным специ­альностям. 13 ноября 1943 г. был создан полигон Курмарк около г. Губена; к началу 1945 г. в составе школы было рекрутское депо из двадцати шести учебных рот, 30 января 1945 г. они были направлены на формирование 32-й добровольческой гренадерской дивизии СС (отмечались как гренадерский полк СС «Курмарк»).

3. Тегель – северо-западный пригород Берлина.

4. Тиргартен (нем. Tiergarten – «зоосад») – район Берлина в составе административного округа Митте. Достопримечательностью района является самый большой в Берлине парк, на его площади Большая Звезда находится колонна Победы.

5. Унтер-ден-Линден (нем. Unter den Linden – «Под липами») – один из главных и наиболее известный бульвар Берлина, получивший свое название благодаря украшающим его липам.


Материалы по теме