Зримая летопись народного подвига. О киноэпопее «Великая Отечественная»

Журнал «Коммунист Вооружённых Сил» № 15 за 1979 год.

08.05.2021


Автор:
А. Караганов

Караганов Александр Васильевич (1915 — 2007) — киновед и литературовед. Кандидат филологических наук, доктор искусствоведения. Заслуженный деятель искусств РСФСР (1986). Участник Великой Отечественной войны.

Опубликовано в журнале «Коммунист Вооружённых Сил» № 15 за май 1979 года. Источник: www.paul-atrydes.livejournal.com.

Каждая из 20 серий документально-публицистической киноэпопеи «Великая Отечественная» начинается дикторским предуведомлением о том, что этот фильм сделан в содружестве с американскими кинематографистами для показа в США и других странах и что «в Соединенных Штатах, где многие не знают о решающей роли Советского Союза в разгроме гитлеровской Германии, о сотрудничестве союзных держав в годы войны, эта кинопрограмма шла под названием «Неизвестная война»».

Но почему неизвестная? Этот вопрос задавали и задают советские люди, для которых каждый из 1418 дней войны навечно памятен предельным напряжением в смертельной схватке с фашизмом. Нам трудно даже представить, что целая нация, старшее поколение которой тоже участвовало в войне против гитлеровской Германии, ничего не знает о том, кто и как спас мир от угрозы фашистского порабощения. Но американцы, тем более молодые, как и население многих других капиталистических стран, действительно мало что знают о событиях Великой Отечественной войны. И дело здесь в том, что на Западе мощный, изощренный в обмане масс пропагандистский аппарат империалистической реакции в послевоенные годы делал и делает все, чтобы извратить историческую правду о минувшей войне, замолчать беспримерный подвиг советского народа, защитившего свою социалистическую Отчизну и принесшего освобождение от страшного гитлеровского ярма другим народам.

По заказу своих монополистических хозяев усердно участвует в фальсификации истории и буржуазное киноискусство. Около пятнадцати лет тому назад в США, в Голливуде, был сделан прошедший с немалым успехом по всей Америке и по другим странам капиталистического мира фильм «Самый длинный день». В этой картине речь идет о высадке союзников на побережье Нормандии, об открытии второго фронта. Поставлена и снята она сильно, эффектно, в ней даже малые эпизодические роли играют крупнейшие «звезды» Голливуда. В фильме помпезно изображаются сама операция по высадке и начало наступления по земле Европы как события поистине героические, сыгравшие особую, будто бы решающую роль во второй мировой войне. И ни слова не говорится о советско-германском фронте, о том, что наши воины самоотверженно сражались с фашистами долгих три года до открытия второго фронта, перемололи отборные силы противника и тем самым создали условия для высадки союзников в Нормандии.

Затем на Западе вышел фильм «Битва в Арденнах» — о боях союзных войск в арденнских лесах с танковыми дивизиями вермахта. И опять — ни слова о советско-германском фронте, хотя бы упоминания о том, как выручила Советская Армия союзников, досрочно начав по просьбе их лидеров свое январское наступление 1945 года и сразу же заставив гитлеровцев приостановить продвижение в Арденнах, перебросить еще несколько лучших дивизий с западного театра военных действий на восточный.

«Самый длинный день» и «Битва в Арденнах» — это только «кинематографические примеры», объясняющие, почему Великая Отечественная война советского народа оставалась для подавляющего большинства населения Соединенных Штатов неизвестной.

Киноэпопея «Великая Отечественная», вышедшая на телеэкраны США, по сути дела впервые рассказала американцам историческую правду о решающем вкладе советского народа в разгром фашизма, о цене, которую заплатил советский народ за победу, о масштабе преодоленных трудностей, о ратном и трудовом героизме, о мере стойкости и мужества, проявленных советскими патриотами, интернационалистами. Причем рассказала предметно и убеждающе — неопровержимым документированным изображением совершенных подвигов, выигранных сражении, невиданного трудового напряжения и энтузиазма, неисчислимых жертв, принесенных на алтарь победы.

Фильм создан большой группой кинематографистов, которую возглавлял лауреат Ленинской премии, Герой Социалистического Труда, народный артист СССР Р. Л. Кармен.

Как уже знают зрители и читатели, товарищ Л. И. Брежнев дал интервью для киноэпопеи — оно завершает ее двадцатую серию «Неизвестный солдат»:


«Не было в истории другой такой страшной, такой кровопролитной и разрушительной войны, как вторая мировая война, развязанная нацистами-агрессорами. Для советского народа это была Великая Отечественная война, он вел ее во имя свободы и независимости своей социалистической Родины, во имя избавления Европы, да и всего мира от фашистского порабощения.

20 миллионов жизней советских людей унесла эта война. Наш народ не забудет ее никогда! О ней будут помнить не только те, кто подобно мне прошел огонь войны от начала до конца, но и новые поколения, которые входили в жизнь уже в послевоенные годы. Память об этой войне — это для нас призыв к бдительности в отношении замыслов, любых новых происков агрессивных сил и, самое главное, призыв к неустанной последовательной борьбе за прочный мир, за прекращение гонки вооружений, за мирное сотрудничество между государствами.

Мы хотим, чтобы вот им, — говорит в заключение Леонид Ильич, показывая на свою правнучку, — молодым жителям планеты, не пришлось пережить то, что довелось пережить нашему поколению в годы войны. Во имя этого мы ведем борьбу за прочный мир. На это нацелена вся наша внешняя политика Советского Союза».

В этих словах коротко и емко выражены суть и целенаправленность фильмов «Великой Отечественной».

Вполне понятно, что «происхождение» этих фильмов, сделанных по заказу американской телевизионной компании «Эйр Тайм Интернэшнл» при участии кинематографистов, писателей, журналистов США, не могло не наложить определенного отпечатка на их построение. В картине комментируются, разъясняются отдельные моменты истории войны, которые, будь они адресованы только советскому зрителю, не нуждались бы в комментарии и разъяснении. В рассказ о войне вставляются некоторые сцены, далеко не обязательные для такого повествования — они понадобились, чтобы опровергнуть навязанные буржуазной пропагандой американцам ложные представления о советской стране. Есть и другие оттенки, особенности, рассчитанные именно на американскую аудиторию. Но главными своими идеями и мотивами «Великая Отечественная» обращена не только к американцам — ко всем людям земли. Конечно же, и к советским зрителям, к зрителям социалистических стран.

Уже первые недели демонстрации «Великой Отечественной» на советском экране — сначала кинематографическом, а потом и телевизионном показали, что ее 20 серий — это не просто очередная новинка кинематографа, а крупное событие в духовной жизни общества, имеющее большое социально-воспитательное значение. Киноэпопея взволновала десятки миллионов людей. На нее пошли не только поклонники кинодокументалистики. Пошли многие из тех, кто мало интересуется или вовсе не интересуется этим видом искусства. Пошли даже такие зрители, а они есть у нас, которые ошибочно считают, что тема войны устаревает и не надо, мол, делать фильмы все про одно и то же.

С душевной признательностью восприняли киноэпопею ветераны Великой Отечественной, понимающие, что «нам дороги эти позабыть нельзя», — все те, кого экранное зрелище войны, подвига, гибели товарищей хватает за душу: комок к горлу подкатывает, на глаза набегают слезы, переживающая память переносит мысль и чувство туда, в сороковые, огневые... Киноэпопею с большим интересом и взволнованностью встретили дети и внуки победителей фашизма.

О масштабности, широте охвата отображенных фильмом событий красноречиво говорят уже сами названия его отдельных частей: «22 июня. 1941 год», «Битва за Москву», «Блокада Ленинграда», «Партизаны», «На Восток», «Война в Арктике», «Оборона Сталинграда», «Победа под Сталинградом», «Битва за Кавказ», «Величайшее танковое сражение», «Война в воздухе», «Битва на море», «Освобождение Украины», «Освобождение Белоруссии», «От Карпат на Балканы и Вену», «Освобождение Польши», «Союзники», «Битва за Берлин», «Последнее сражение войны», «Неизвестный солдат».

Успех 20 серий «Великой Отечественной» невозможно определить одними только цифрами посещаемости кинотеатров и статистикой телевидения, хотя эти цифры и весьма впечатляющи. Нужны еще учет, оценки тех взволнованных мыслей и чувств, которые фильм вызывает в каждой зрительской аудитории, в каждой семье.

Чтобы объяснить этот успех, надо понять его. А это не так просто. Начать с того, что многие кинодокументы, использованные в эпопее, мы уже видели — пусть в иных монтажных сочетаниях — и на большом и на малом экранах. Среди фильмов, созданных на основе этих или аналогичных кинодокументов, было немало по-настоящему талантливых, ярких произведений — от сделанной еще в ходе войны картины «Разгром немецких войск под Москвой» до таких, соединяющих аналитическое и поэтическое начало лент последнего времени, как «Если дорог тебе твой дом» и «Шел солдат». Накоплен богатейший фонд кинодокументалистики на темы войны, он довольно активно используется не только специализированными кинотеатрами, но и телевидением, служит делу идейно-нравственного воспитания.

Создатели «Великой Отечественной» просмотрели, изучили, заново осмыслили все сделанное ранее, открыли в архивах и включили в эпопею новые уникальные документы. Много сцен было отснято уже в наши дни. Думается, что притягательность фильма в том и состоит, что он синтезирует — в новом масштабе и качестве — достижения как документального, так и художественного кино в экранном воплощении темы великого подвига народа в борьбе с фашизмом. В киноэпопее впечатляюще проявляет себя убеждающая сила документа, несущего в себе неоспоримую правду жизни. Расширение информации по сравнению с другими фильмами дает разносторонний материал для размышления и анализа: количество здесь поистине переходит в качество. Действуют кинематографические усилители, придающие документальным кадрам и их монтажным соединениям поэтическую выразительность, делающие публицистику по-настоящему образной и впечатляющей. Вот на этих компонентах киноэпопеи, очевидно, и следует остановиться, чтобы понять и раскрыть ее идейно-эстетические особенности, ее успех, ее воспитательное значение.

Идеологическая действенность киноэпопеи «Великая Отечественная» состоит, думается, в том, что она воссоздает доподлинную правду титанической борьбы советского народа против гитлеровских захватчиков, противоборства жизнеутверждающей коммунистической идеологии с человеконенавистнической фашистской идеологией, классовой схватки сил прогресса и гуманизма с силами самой мрачной и зловещей реакции и геноцида. Перед зрителем развертывается во всей своей масштабности панорама неизмеримо тяжких, горестных начальных оборонительных сражений и не менее тяжкого, но радостного периода наших наступательных действий, развертывания всенародной партизанской борьбы в тылу врага и самоотреченных усилий героев трудового фронта — женщин и подростков, нашей верности союзническому долгу и зарождения боевого братства на полях совместных сражений против общего врага.

Тем самым киноэпопея дает и убедительный ответ на возникавшие порой среди кинематографистов споры о том, какому периоду войны следует уделять предпочтительное внимание. Все ее периоды важны и значимы. Правдивое, с партийных позиций осмысленное их отображение и обеспечивает наибольшее идейно-воспитательное воздействие героико-патриотических фильмов на зрителей.

И новое подтверждение тому — «Великая Отечественная». Всем своим публицистическим и поэтическим строем киноэпопея утверждает, что массовый героизм, невиданная стойкость и мужество советских людей, часто доходившие до самопожертвования, органически связаны с тем, что я бой против фашизма шел воспитанный и ведомый Коммунистической партией патриот Советской Родины, продолжатель дела Октября, строитель и защитник социализма. Социальную природу героизма советских воинов поняли те честные, наиболее вдумчивые иностранные наблюдатели, кто побывал в годы войны в нашей стране, встречался с нашими людьми. В серии «Неизвестный солдат» (режиссер и автор текста Р. Кармен) приводится характерное в этом смысле свидетельство американского писателя Эрскина Колдуэлла: «У советских людей была глубокая вера в тот строй, который они выбрали и защищали».

Киноэпопея «Великая Отечественная» показывает всю войну в ее главнейших событиях. Показывает по-солдатски строго, не отворачиваясь от фактов, с которыми встречаться нелегко даже на экране. Когда, скажем, киноаппарат всматривается в милые и родные лица солдат — солдат трудного 41-го, а диктор предупреждает: почти никто из них не дойдет живым до победы, но без них, без их мужества, победы не было бы, наше сердце наполняется печалью прощания, но и гордостью за этих людей, за породивший их народ. Так и идут рядом печаль и гордость, горе и радость, ненависть к врагу и любовь к социалистической Родине.

Реалистичное, правдивое воссоздание хода войны помогает показать главные ее события не в их разрозненности, а в реальной взаимосвязанности. Анализ этих событий новым светом освещает эпизоды, включая мгновения солдатского подвига. Тем-то и воздействует на зрителя огромный объем аналитической информации, содержащейся в картине.

Фильм «Битва за Москву» (режиссер И. Гутман, автор текста К. Славин) сообщает нам: гитлеровцы имели под Москвой 1 800 000 солдат и офицеров, 14 000 орудий и минометов, 1400 самолетов, 1700 танков. У нас было 1 250 000 солдат и офицеров, 7600 орудий и минометов, 670 самолетов, 990 танков. Очевидно, на этой арифметике да еще на самоуверенности, умноженной легкими победами в Европе, строились расчеты гитлеровцев взять Москву с ходу. Ведь они уже и свой парад на Красной площади готовили, даже пригласительные билеты напечатали. Но на Красной площади состоялся другой парад — парад Советской Армии, которая опрокинула расчеты врага, основанные на количественных соотношениях без учета «духа войск», без учета того, что такое советский солдат, патриот родины Октября, ведомый в бой партией Ленина.

Фильм позволяет понять духовные истоки подвига защитников Отчизны. Каждый показанный в нем «частный» эпизод мужества и стойкости, значительный и сам по себе, приобретает новый исторический и человеческий масштаб, когда включается в контекст, когда осмысливается как часть труднейшей битвы, покончившей, несмотря ив неблагоприятное для нас соотношение сил, с гитлеровским блицкригом, с мифом о непобедимости немецко-фашистской армии.

Напряжение многих частей киноэпопеи держится на драматургии события и драматургии мысли: в документальных фильмах рождаются «сюжеты», сходные е сюжетами художественного кино, рождаются дремы трудного поиска и еще более трудного принятия решений, которые часто требуют огромного мужестве, неизмеримой ответственности.

В фильме «Величайшее танковое сражение» (режиссер Т. Семенов, автор текста Э. Поляновский) снова названы исходные цифры, определяющие соотношение сил перед началом Курской битвы. На этот раз они другие, не похожие на те, что приводились в предшествующих сериях: мобилизация всех сил страны и народа, героический труд советских людей в тылу, ковавшем победу, впечатляюще раскрытые в серии «На Восток», привели к тому, что наша армия имела под Курском почти полуторное превосходство над противником в живой силе, орудий и минометов у наших воинов было в 2 раза больше, танков в 1,3 раза. Нужно было как следует распорядиться этой мощью, этим превосходством — не просто задержать врага на Курском выступе, а нанести ему удар, близкий к смертельному, и сделать это при максимально возможном сокращении своих потерь.

Авторы фильма напоминают нам:

«Был выбор — либо нанести упреждающий удар, либо дать возможность фашистам начать наступление, измотать противника в обороне и, сохранив силы, перейти в решительное контрнаступление, а затем в общее стратегическое наступление. Советское командование решило перейти временно к преднамеренной обороне».

Сейчас, когда мы знаем историю войны, это решение кажется единственно возможным. Когда делалась история, его надо было найти, принять. И не так это просто было сделать, как это кажется с высоты позднейшего опыта. Решение было принято сложное, разумное, дальновидное. Решение «стиля 1943 года», когда к полководческому искусству и солдатскому умению нашей армии прибавился выстраданный опыт войны, когда выросла способность наших командиров и бойцов лучше противника решать самые сложные задачи боя.

Итак, решение было принято. А 5 июля ночью к нему прибавилось сложнейшее «дополнение»: было решено в два тридцать утра нанести по противнику, приготовившемуся к броску на наши позиции, мощный упреждающий артиллерийский удар. Нужны были очень точные, дважды, трижды проверенные данные разведки, нужно было хорошо знать психологию и повадки противника, быть уверенным, что пойдет он в атаку, коль она запланировано. Все это необходимо было знать, все «вычислить», чтобы решиться на такое: израсходовать значительную часть снарядов, припасенных для боя, еще до того, как бой разыгрался. Фильм дает нам, зрителям, возможность предметно ощутить мужество и ответственность принятия подобных решений.

В киноэпопее последовательно реализуется принцип увеличения смысловых и эмоциональных нагрузок каждого эпизода, каждого кадра путем их монтажных сопоставлений или столкновений: детали войны, показанные в контексте ее больших событий, обретают новую меру содержательности и выразительности. Этому принципу подчинены и поиски точных соотношений изображения и слова. Во многих случаях кадры документальных съемок и сопровождающее их слово сближаются, дикторский текст становится комментирующим. Но оставаясь максимально конкретным, максимально близким изображаемому факту, он помогает увидеть этот факт в связи со всем явлением.

Вспомним ту часть фильма «Освобождение Украины» (режиссер Л. Данилов, автор текста П. Демидов), которая посвящена преступлениям оккупантов на украинской земле. На экране—сменяющие друг друга кинодокументы: взрывается заводское здание, пылает огонь, горящие предприятия, разрушенный завод, руины завода, руины верфи. И текст:

«Вот кинодокументы того времени. И вот как это выражается в цифрах. Украина: уничтожено 16150 промышленных предприятий, около 400 шахт, 164 доменные и мартеновские печи, превращены в руины 714 городов и поселков, 28 тысяч сел... Остались без крова 10 миллионов человек. Только на одной Украине. Великое горе прошло по украинской земле. И великое мужество проявил украинский народ».

Ради того, чтобы информация и эмоциональное начало сильнее воздействовали, создатели «Великой Отечественной» нередко используют несовпадение, «несинхронность» изображения и текста. Вот в фильме «Блокада Ленинграда» (режиссер Т. Семенов, автор текста Э. Поляновский) идут кадры: советские наблюдатели, проезжает немецкий танк, командует наводчик, стреляет советское орудие, гитлеровцы спрыгивают с танка, стреляет орудие, фашист с пулеметом, стреляет вражеский солдат, стреляет советское орудие. И параллельно текст:

«Русские принимали неравный бой. Они вступали в бой и гибли, чтобы только задержать, хоть ненадолго затормозить наступление врага. Нужно было выиграть время».

При таком соединении изображение не является простой иллюстрацией текста, оно сложно «аккомпанирует» тексту, «пластически» конкретизирует мысль. В свою очередь выраженная текстом мысль придает повышенную многозначительность изображению.

Работая над текстом, авторы эпопеи старались избежать ошибок, ряда наших прежних документальных фильмов, в которых воздействующая, эмоциональная сила документа ослаблялась словесными перегрузками: кадры, даже очень выразительные, способные и без комментариев многое сказать, как говорится, «забалтывались», тонули в словесной трескотне. Текст «Великой Отечественной» отличается сдержанностью слова и тона: только необходимая информация, только рассказ, придающий многозначимость изображению, делающий изображение более полифоничным. Он часто поднимается до поэтически насыщенной метафоричности, до выразительной силы афоризма, притом такого, который не выпадает, а органически вырастает из общего потока изображений.

«В те дни для того, чтобы жить, требовалось больше мужества, чем для того, чтобы умереть».

«Они жили и работали даже тогда, когда у них уже ничего не оставалось, кроме веры в победу».

Это из фильма «Блокада Ленинграда». Две короткие фразы. Всего лишь две фразы. А сколько в них трагического и героического смысла!

А вот отрывок из фильма «Освобождение Белоруссии» (режиссер И. Гелейн, автор текста К. Славин). На экране — плачущая женщина, затем горящее село, босые ноги, снова горящее село, плачущая женщина, идет девочка, мальчик вылезает из подвала... Сопровождающий текст:

«Освобождены первые белорусские села. Полупустые... Полуседые... Полуживые...».

Такая афористичность, лишенная выспренности, полная мысли, обобщающая увиденное, впечатляет сильнее, чем пространные объяснения, обретает особую емкость в выражении мысли и чувства авторов.

В фильмах эпопеи часто применяется монтаж коротких кусков, осуществляемый фактически по законам художественного кино. Создается поэтический образ битвы, наполненный динамикой столкновения.

Киноэпопея не упрощает контрасты, не карикатурит противника. В частности, в ней приводятся и такие письма немцев, которые свидетельствуют об их мужестве. Но экран наглядно показывает, что с вражеской стороны идет в бой жестокий и агрессивный, оболваненный ложными идеями и бездумно послушный палач. А противостоит ему воин гуманизма и свободы, патриот страны, которая всем своим социальным бытием утверждает строительство жизни по законам справедливости и красоты.

«Храбрость захватчика, — говорится в сопровождающем тексте фильма, — это злодейство. Храбрость в защитнике Отечества — высшая из добродетелей».

В киноэпопее, особенно в таких ее фильмах, как «Союзники» (режиссер Н. Соловьева, автор текста И. Ицков) и «Война в Арктике» (режиссер Л. Кристи, автор текста К. Славин), широко показано боевое содружество с союзниками, конкретные формы сотрудничества и взаимопомощи. Следует отметить, что кинофильм затрагивает и некоторые весьма сложные, конфликтные моменты во взаимоотношениях союзников. К примеру, напоминает нам, что наряду с антифашистским сопротивлением в Польше, душой и боевым руководителем которого была партия коммунистов, существовали и войска, подчинявшиеся эмигрантскому польскому правительству, находившемуся в Англии. А именно — 75-тысячная армия генерала Андерса, которая проходила боевую подготовку на территории СССР. Вместо того, чтобы отправиться потом на фронт, эта армия двинулась в Иран. Более того, весной 1943 года эмигрантское правительство Польши допустило клеветнические выпады против СССР, что вынудило нашу страну порвать отношения с этим антинародным правительством.

В начале киноэпопеи названы ее главные создатели — художественный руководитель Роман Кармен, кинодраматурги Р. Кармен, К. Славин, И. Ицков, главный консультант А. М. Александров, главный военный консультант генерал армии П. А. Курочкин. Названы выдающийся артист Берт Ланкастер и другие американские участники работы над киноэпопеей. А в конце двадцатого фильма приведен длинный список фронтовых операторов, многие фамилии — в траурных рамках. Их было около 250, не вернулся каждый пятый. Кстати, сделанный в 1975 году специальный фильм о них называется «Рядом с солдатом» (автор сценария К. Славин, режиссер И. Гелейн — участники создания киноэпопеи). Да, рядом с солдатом, в окопах оборонявшихся, в цепи атаковавших шли они, чтобы запечатлеть для своего народа, для истории, для человечества труд и подвиг победителей фашизма. «Великая Отечественная», помимо всех других качеств, — это еще и памятник павшим операторам, это и наша благодарность тем из них, кто и сейчас продолжает свой труд в кино.

В киноэпопее, что вполне естественно для работы такой сложности, такого масштаба, не обошлось и без отдельных недостатков. Думается, авторы киноэпопеи чрезмерно акцентируют мысль о внезапности гитлеровского нападения и в то же время почти ничего не говорят о других объективных и субъективных причинах наших трудностей в начальный период войны. Далее, хотя метраж фильмов «Оборона Сталинграда» и «Победа под Сталинградом» не так велик, они, в отличие от лучших серий киноэпопеи, оставляют впечатление некоторой затянутости. Может быть, потому, что битве посвящено два фильма: общее для киноэпопеи соотношение событий и кинематографического рассказа о них нарушилось. А может быть, потому, что в фильмах о Сталинграде делается попытка дать как бы всю войну, во всяком случае общую картину всей ее первой половины. Временами возникает ощущение: такие или сходные кадры уже были. Да и внутри самих фильмов впечатление затянутости временами возникает от повторения однотипных кадров.

При всех неровностях, какие, повторяю, неизбежны в произведении такой сложности, такого масштаба, «Великая Отечественная» стала крупным произведением «образной публицистики», обогатившим советскую кинематографию на очень важном направлении экранного воплощения великого подвига советского народа, его героической армии, внесших решающий вклад в победу над фашизмом. Думается, она будет успешно использоваться командирами, политработниками, всеми работниками идеологического фронта в обучении и воспитании умелых, духовно закаленных защитников социалистической Родины.


Материалы по теме