Женщины-кинооператоры. Рассказывает Мая Попова

Носить эту аппаратуру не каждой хватало сил, да и стипендии, чтобы нормально есть.

04.04.2016


Автор:
Валерий Никонов

Кинооператор ЦСДФ в 1972 — 1993.

Полностью материал опубликован в СК Новости № 3 (341) 18 марта 2016 


«Мне девяносто один. Чего уж кокетничать да скрывать возраст! Наоборот, такие-то годы должны вызывать почтение. А этого, кстати, в старости не хватает, как и здоровья». С этими словами усаживала меня за стол, накрытый праздничной скатертью, в день своего рождения Мая Николаевна Попова, одна из старейших наших операторов-кинодокументалистов. В этот день я порадовался ее острому уму и ясной памяти, которая хранит много историй, событий, любопытных подробностей прошлого.

На фото кинооператоры (слева направо): Мая Попова, Галина Захарова, Алевтина Вакурова. Фото из личного архива Екатерины Андриканис.

В этот раз Мая Николаевна вспоминала больше молодые годы ‒ как пришла во ВГИК в 1943 году. На операторский факультет поступало в тот год много девушек и несколько вернувшихся с фронта ребят, демобилизованных по ранению. Девчат приняли чуть не полкурса, и мало кто из этих юных, женственных созданий представлял, что выбрали они профессию, хоть по тем временам и редкую, но скорее мужскую, чем женскую, связанную со многими физическими тяготами. Уже в первый
год озадачились тяжестью и кинокамер, и штативов. Носить эту аппаратуру не каждой хватало сил, да и стипендии, чтобы нормально есть. Полуголодными были эти военные годы. Но все же как-то жили привыкали. Помогали друг другу, учились, торопили сердцем окончание войны, победу и даже радовались, отмечая праздники.
Новый 1945 год встречали дома у однокурсника Юры Леонгардта. Юра на фронт не попал по зрению ‒ носил очки со сложными линзами. Жил он с мамой, очень радушной женщиной. Она хотела, чтобы все сдружились, и предложила собраться у них. Тем более, что это неподалеку от общежития ВГИК. Оно располагалось тогда в кельях бывшего Зачатьевского монастыря рядом с Метростроевской улицей. 
Пригласили и преподавателей. А.Д. Головня, Т.Г. Лобова, Е.А. Иофис, А.В. Гальперин пришли и с удовольствием участвовали в общих хлопотах. Вообще, отношения студентов и преподавателей были тогда искренними и доверительными. Праздничную трапезу собирали в складчину ‒ каждый принес, что мог. Все вместе наряжали тоненькую трогательную елочку, накрывали на стол, пекли пирожки.  Иофис норовил в каждый пирожок вложить монетку «на счастье». Ему не дали, но одну все же
оставили в каком-то пирожке, который и достался Мае Поповой. Монетку эту она хранит по сей день вот уже семьдесят лет. А тогда она загадала на монетку, «чтобы Анатолий Дмитриевич Головня смягчил ко мне свое отношение». Мае Николаевне все казалось, что он суров и несправедлив к ней, а ведь училась она очень хорошо.
Вина хватило на три тоста: «За Победу!», «За Красную Армию!», «За ВГИК!».
Война закончилась Победой. У людей стало больше уверенности в будущем, но восстановление разрушенного хозяйства требовало новых сил и энергии. По репарациям из фашистской Германии Советский Союз вывозил металлургические, химические заводы, железнодорожные пути, депо, мосты через реки, электростанции. Без этих средств производства было бы невозможно быстро поднять нашу израненную страну. Тогда понадобились специалисты, способные быстро фиксировать на фото процесс демонтажа заводов, чтоб облегчить последующую сборку уже на территории СССР. И оказалось, что именно во ВГИКе, на операторском факультете, студенты вполне профессионально подготовлены к такой работе.
Вскоре в Германию отправили несколько групп студентов по два человека, в их числе была Мая Попова с однокурсницей Галей Седых. Организация работ шла по военному ведомству, поэтому студентам присвоили воинские звания старших лейтенантов. Направили на склад за обмундированием. Девчатам очень шла новенькая военная форма. «А уже в Дрездене, ‒ рассказывала Мая Николаевна, ‒ мы с Галей просто удивлялись, что военные не как обычно козыряют нам, а как-то уж очень подчеркнуто отдают честь. Ну, мы решили, что это просто такое внимание к женщине-офицеру. Но кто-то из ребят сообразил, что на том складе в Москве не оказалось для наших погон маленьких звездочек, и выдали нам звездочки большие. Выглядело это уже как погоны полковника. А какие там полоски и просветы, издалека не считывалось». Работы на заводе было много, и от студентов в погонах требовались внимание и тщательность. Определить и соблюсти крупности, снимать процесс пошагово и не спутать последовательность, да еще и составить технологические альбомы – это напоминало будущим операторам монтаж какого-нибудь учебного технического фильма. И порой доставляло некое творческое удовлетворение. Они понимали, что их работа – часть огромного государственного дела, и такая, впервые испытанная, серьезная ответственность, наверное, вошла в сознание. С этим чувством, смею заверить, Мая Николаевна и прожила в профессии сорок лет. Институт Мая окончила в 1948 году, получив диплом с отличием. В тот же год она и однокурсница Раиса Туморина были приняты на Центральную студию кинохроники, где уже работало несколько женщин- кинооператоров. Новеньких они встретили вполне доброжелательно. Тем более что новеньких-то приняли ассистентами. Так началась послевоенная, самостоятельная жизнь. За сорок лет работы на студии Мая Николаевна сняла около девятисот сюжетов для киножурналов, участвовала в съемках сорока спецвыпусков, пятидесяти шести полнометражных событийных фильмов. Это немало. А еще занималась общественной работой и на студии, и в Гильдии кинооператоров. Совсем недавно мы сидели с ней по старой доброй традиции за рюмочками хорошей водки из ветеранского благотворительного набора и листали прекрасный справочник «Кинооператоры от А до Я» Вадима Горбатского. По названиям фильмов восстанавливали в памяти прожитые события, встреченных людей, подробности своих жизней, жизни нашей страны и, вдруг задумавшись, Мая Николаевна заметила: «А вот ведь с 1945 года жизнь с каждым годом становилась все лучше. Хоть немного, но лучше, легче. И это все в наших фильмах видно. А что в нынешних? Да и где они?». С горечью мы обнаруживали знакомые лица в некрологах нашей газеты «СК-Новости»: «Я ведь пережила чуть не всех сверстников ‒ девчат-операторов. Давай помянем их – они были хорошими товарищами»...