Кинолетописцы Великой Отечественный войны. Годы 1941-й — 1942-й

Журнал «Искусство кино» № 2 за 1975 год.

27.06.2021

Лебедев Алексей Алексеевич (12 (25) марта 1905 — 01 ноября 1988) — оператор и режиссер документального кино. Лауреат двух Сталинских (Государственных) премий (1942, 1946). Заслуженный деятель искусств РСФСР (1987). 

Материал опубликован в журнале «Искусство кино» № 2, 1975 год. Фото: "Встреча фронтовых кинооператоров и фронтовиков. ЦСДФ, Лихов переулок, дом 6, Москва. Май 1975 года". Фото из архива В.И. Фомина (Музей кино).

В светлый праздник Победы мы вспоминаем тех, кто в тяжелые военные годы сражался с врагом. И ушел от нас, не дождавшись мир­ной жизни. Сегодня уже вступило в пору зре­лости то поколение, которое знает о войне по воспоминаниям старших. Наше искусство — в поэтической форме, средствами театра, жи­вописи, экрана — уже многое рассказало о том времени, восславив бессмертный подвиг советского народа, грудью вставшего на за­щиту социалистических завоеваний. Новые города и села, выросшие на месте руин и пепе­лищ, радуют сегодня наши сердца. Мы идем навстречу еще более прекрасной жизни, в ко­торой не будет места войнам и кровопроли­тию.

Когда оглядываешься на путь, пройденный советским народом за годы Великой Отечест­венной войны, возникает вопрос и у нас, кино­документалистов — что мы сделали, чтобы во всей полноте отразить ту великую борьбу, которая выпала на долю нашей Родины?

Кинохроника военных лет стала сегодня бесценным документом времени, героически прожитого нашим народом и нашей партией, свидетельством испытаний и побед, вернув­ших нам и безоблачное небо, и зелень полей, и великую радость созидания во имя человека труда. Вот почему важно вспомнить сегодня то, как и чьими усилиями создавалась доку­ментальная кинолетопись войны. За годы вой­ны было снято 3,5 миллиона метров киноплен­ки, выпущено 34 полнометражных фильма, 67 короткометражных, 24 фронтовых выпу­ска, свыше 465 номеров «Союзкиножурнала» и журнала «Новости дня». Четырнадцать филь­мов были удостоены Государственной премии СССР.

Кинохроникеры сохранили на века не толь­ко события, но и живые портреты многих героев Великой Отечественной войны, запи­сали на кинопленку голоса видных военачаль­ников, рассказы солдат, офицеров, партизан, работников промышленности, науки и куль­туры.

В этой огромной, нередко опасной работе принимали участие кинодокументалисты из всех наших республик. Кинооператоры Моск­вы и Киева, Минска и Еревана, Баку и Тби­лиси, Алма-Аты, Ташкента, Вильнюса, Риги, Таллина, Ленинграда, Казани, Свердловска, Куйбышева п Ростова не шадя своей жизни работали на фронтах Великой Отечественной войны, находясь рядом с солдатами, разделяя с ними все тяготы фронтовой жизни. Они шли вместе с наступающими частями на запад, освобождая от гитлеровской оккупации города и села родной земли, страны Европы, порабо­щенные врагом. Последние кадры войны киножурналисты отсняли в поверженном фаши­стском Берлине.

Фронтовая кинохроника понесла большие потери. Каждый второй военный киноопера­тор, оставшийся в живых, имеет ранения.

Сегодня фронтовые киносъемки, созданные трудом документалистов в период Великой Отечественной войны, используют кинемато­графисты в документальном, научном и художественном кино как фактический мате­риал ушедших военных лет.

Военные кинооператоры действовали на фронте и в партизанских отрядах. Они, как и многие защитники нашей Родины, умирали от пуль врага, находясь на боевом своем по­сту, с кинокамерой в руках. Среди них бы­ли и опытные кинохроникеры, и операторы научно-популярной и игровой кинематографии, и молодые выпускники ВГИКа. Были здесь и такие ветераны, как П. Ермолов и Г. Гибер, снимавшие первую мировую войну, а потом — гражданскую.

Основной костяк фронтовых киногрупп со­ставляли опытные хроникеры (их было около 70 человек), с первого до последнего дня не выпускавшие из рук свое оружие—кинокамеру.

Сорок три кинематографиста пали на по­лях сражений...

Год 1941-й

Война обрушилась на нас внезапно.

До этого советская школа кинодокумента­листики имела небольшой опыт военных съемок в Абиссинии, Испании, на Халхин-Голе...

В 1941 году при Главпуре РККА была ор­ганизована военная группа кинодокументали­стов, возглавляемая режиссером Л. Варламо­вым.

Но она была немногочисленна: два опе­ратора В. Ешурин, С. Коган и два окончивших ВГИК молодых ассистента Л. Котляренко и С. Стояновский, направленные в киногруппу для прохождения воинской службы. Однако и здесь опыт военных кинокорреспондентов был ограничен уставными правилами. Военные маневры, в которых принимали участие и другие кинооператоры, не могли им дать нужного военного опыта. Человек с киноаппа­ратом на маневрах был персоной неприкосно­венной. Его нельзя было «взять в плен» или «убить». Каждый кинооператор носил на ру­каве белую повязку и числился посредником.

Лето — самое «рабочее» время года для кино­журналиста. И летом 1941 года документали­сты, как обычно, находились на съемках в разных уголках нашей огромной страны.

Начало войны застало группу Л. Варламо­ва на Кавказе, где проходили альпинистские сборы. Группа быстро перебазировалась в Одес­су в распоряжение штаба военного округа.

Украинские хроникеры, по воле судьбы ока­завшиеся ближе всех к театру военных дей­ствий, немедленно выехали во фронтовую зону и оформились в киногруппу Юго-запад­ного фронта.

Белорусские кинодокументалисты, находив­шиеся в Минске — городе, принявшем на себя первые воздушные удары врага, сразу же потеряли киностудию. Многие из них потом влились во фронтовые группы, ушли к парти­занам.

Москвичи в тот же день — 22 июня 1941 го­да — собрались на студии хроники. Выехать на фронт, не имея документов на право съе­мок в действующей армии, нельзя было и подумать.

Но на студии тем не менее начали форми­роваться фронтовые киногруппы. 24 июня, после получения первых документов, киноопе­раторы начали отъезжать на фронт.

Уже через два дня после начала военных действий на экраны страны вышел очередной (58) номер, «Союзкиножурнала», в котором рас­сказывалось о нарушенном гитлеровцами мире. Разгневанный вероломным действием фашистской Германии, советский народ присягал пар­тии и Родине бороться до полной победы.

За первые десять дней войны на экраны было выпущено 5 номеров «Союзкиножурнала». Небольшие по метражу сюжеты рассказы­вали о том, как всколыхнулась вся страна. Рабочие, колхозники, трудовая интеллигенция, ученые, писатели, мобилизовывая свои силы и трудовые ресурсы, отвечали конкретными делами, трудом на призыв партии и прави­тельства.

Московские кинооператоры выезжали из Москвы на фронт небольшими группами — по 4-5 человек.

Эти группы были укомплектованы опыт­ными хроникерами, прошедшими большую школу съемок на трудовых фронтах пер­вых пятилеток. Группу Южного фронта воз­главил М. Трояновский, Юго-Западного — Б. Макасеев, Западного — Л. Варламов, Северо-западного — Р. Кармен.

Обстановка на фронтах была сложной. Враг, несмотря на героические усилия частей Красной Армии, продвигался в глубь страны. На восток уходило население, угоняя скот, увозя свой скарб, сельскохозяйственную тех­нику. Пожары уничтожили села, горели хлеб­ные нивы. Перед глазами фронтовых опера­торов проходили картины людских страданий, гибель матерей и детей.

Конечно, мы понимали, что стране, для быстрейпгей мобилизации сил, нужен был бое­вой материал, который звал бы к отпору, вел к победе. Но важно было и объяснить нашим зрителям, что на нашу Родину напал сильный, хорошо подготовленный враг. Недооценивать его силы было нельзя. Борьба с ним требовала мужества, хладнокровия, твердого расчета, выдержки, огромного напряжения сил. На легкий успех рассчитывать было невозможно. И вместе с тем нужно было разоблачить леген­ду о непобедимости гитлеровских войск, воз­никшую в результате их блиц-побед в странах Западной Европы и временных успехов в первые дни войны на нашей земле. Нужно было показать советским людям взятого в плен, потерявшего свою спесь, трусливо прячущего глаза от народного гнева врага. Показать разбитую вражескую технику, показать, что гитлеровцев, которые еще вчера победно мар­шировали из страны в страну, можно бить, что несмотря на трудности борьбы победа будет на нашей стороне. Этой решающей мысли фронтовые операторы старались подчи­нить всю свою работу.

Первые кпносюжеты с фронта легли в ос­нову 63 номера «Союзкиножурнала», который вышел на экраны 8 июля 1941 года. Кинома­териал был получен с Западного фронта (оператор В. Ешурин). Это была хроника пере­движения частей Красной Армии на передовые позиции, работа штаба, выпуск фронтовой га­зеты. Второй сюжет был смонтирован из материала, снятого на Южном фронте в райо­не города Кишинева (оператор С. Коган). Боевых действий на экране еще не было. Но зритель видел сбитые вражеские самолеты, первых пленных. Это были уже реальные зна­ки того, что враги — не какие-то мифические богатыри, а незадачливые вояки, которых можно взять в плен, победить. Эти сюжеты явились первой пробой сил фронтовых киногрупп.

Фронтовым кпножурналистам нужно было время, чтобы сжиться с трудными условиями, пройти первые уроки военной тактики, на­учиться по звуку летящего снаряда угадывать место разрыва, проявлять мудрую оператив­ность в сложных военных обстоятельствах. В первые же месяцы войны фронтовым группам важно было найти свое место в довольно гро­моздкой структуре управления фронтом, нала­дить контакты с военным командованием и полнторганамн Красной Армии.

Специфика сюжета для киножурнала требо­вала всестороннего показа события, снятого по всем законам драматургии. Здесь нельзя было ограничиться съемкой одного, даже очень выразительного кадра. Оперативный сотруд­ник газеты мог написать корреспонденцию, побывав следом на месте события, ознакомив­шись с донесениями полпторганов, опросив солдат, командиров. Фотокорреспонденту, чтобы отразить событие, достаточно было снять одну выразительную фотографию. Фронтово­му кинооператору нужно было провести мно­гоплановую съемку, отражающую событие с самого его начала до конца. Так же, как для раскрытия характера человека, показа его боевых подвигов требовалась неоднократ­ная съемка, а подчас и участие кинооперато­ра в тех событиях, в которых действовал его герой.

Очень скоро со всех фронтов начал при­ходить киноматериал. В «Союзкиножурнале» была учреждена специальная рубрика «Репор­таж с фронтов Великой Отечественной войны».

Один из таких сюжетов, помещенный в № 73 СКЖ, запомнился своей активной направлен­ностью. Он был снят на Северо-Западном фрон­те операторами С. Гусевым, В. Доброницким, А. Фроловым и Р. Халушаковым. Киноопера­торы сумели масштабно показать одну из на7 ступательных операций танкового соединения фронта. Зритель видел, как разрабатывается план операции в штабе соединения, подготов­ку танковых экипажей в бою, работу артил­лерии и, наконец, наступление пехоты, под­держиваемой танками. Выразителен финал сюжета:          разбитая и сожженная фашист­ская техника, окопы с убитыми гитлеров­скими солдатами, колонны пленных и прод­вижение наших частей на новые рубежи.

В ином ключе был снят сюжет «Рейд броне­поезда», помещенный в «Союзкиножурнале» № 79 1941 года. Он был снят мной и опера­тором Е. Мухиным в районе города Малин. Мы приехали в один из пехотных корпусов, чтобы снять бои за город. Малин переходил из рук в руки. К моменту нашего приезда в нем находились гитлеровцы. Получив в шта­бе корпуса связного, мы отправились на перед­ний край. Дорога шла лесом. Гул артиллерий­ской канонады далеким эхом отдавался в гуще деревьев. Вдруг из-за поворота выскочил не­мецкий мотоциклист. Первой нашей реакцией было — замаскироваться в кустах и оттуда стрелять. Но тут же мы увидели в коляске мотоцикла советского офицера, который дер­жал гитлеровца под прицелом пистолета. Мы сумели заснять их. В штабе пленный мотоцик­лист рассказал о расположении гитлеровских войск вокруг Малина, показал на карте рас­положение огневых точек. Командование кор­пуса дало указание бронепоезду подавить артиллерийские батареи врага. Мы присоеди­нились к бойцам, находившимся на бронепоез­де. Нам удалось снять тот момент, когда огром­ная, закованная в сталь махина бронепоезда двигалась из леса на огневой рубеж. Залп мощных дальнобойных орудий сотряс воздух. На подступах к городу, на одной из лесных опушек нам удалось взять в объектив разбитую фашистскую технику, убитых гитлеровцев. В лесу, окружавшем город, шел ожесточен­ный бой. Минометы вели интенсивный огонь...

Сюжет получился многоплановым, разно­сторонне показаны совместные действия мно­гих подразделений на этом участке фронта.

Оператор В. Ешурин первым рассказал о белорусских партизанах в «Союзкиножурнале» № 68.

«Немецко-фашистские войска,— вспоминал потом оператор,— наступали по основной ма­гистрали — Минскому шоссе. По дорогам, иду­щим на восток, двигались уходившие от вра­га люди.

По мере продвижения к городу Борисову людские потоки заметно поредели. Город бом­били. Десятки фашистских стервятников кружились над израненным городом. Всюду рвались бомбы, клубы дыма и пыли поднима­лись до самых облаков.

Оставив машину на окраине, я со съемоч­ным аппаратом наготове, пешком, пошел в город...

После оглушительных взрывов бомб насту­пила звенящая тишина. В городе не было видно ни одного человека. Вдруг... где-то за стенами разрушенных домов застучали о мостовую гусеницы танков. Чьи они? А вдруг немецкие?

Я побежал по пустынной улице. Внезапно у одного из зданий увидел «газик», вооружен­ный пулеметом. В кузове сидело несколько военных ц мальчик лет двенадцати с яркими голубыми глазами. Подбежав к машине и пользуясь своим званпем подполковника, спросил у сидевшего в ней капитана об обстановке.

— Западная часть города в руках против­ника, — спокойно ответил он, — садитесь, нужно немедленно уезжать.

Миновав несколько пустынных переулков, машина выехала на широкое Минское шоссе. Несколько наших танков попались навстречу. Они шли к мосту через реку Березину.

Съехав с шоссе, машина углубилась в лес и взяла направление на запад. Скоро замолк шум войны. Лес своими огромными кронами хранил тишину и спокойствие. Ехали долго.

Так я попал к партизанам, командиром кото­рых оказался капитан, взявший меня в машину.

Командир партизанского отряда перед вой­ной был работником органов Госбезопасности, его оставили в тылу врага для организации партизанского движения. Двенадцатилетний сын его, Володя, ни за что не хотел эвакуи­роваться с семьей, грозя отцу, что он все равно сбежит к партизанам, и отец взял его с собой в лес...

Ночыо отряд снялся со стоянки. Он уходил дальше на запад мстить ненавистному врагу, мстить не жалея себя, отдавая борьбе все, даже жизнь.

Я торопился. Проселками, чуть заметными тропинками ночью пробирался на восток с ки­номатериалом о народных мстителях».

Так был снят и доставлен в Москву первый сюжет, рассказывающий о том, как воплощает­ся в жизнь призыв партии о развертывании борьбы в тылу врага.

Враг продвигался в глубь страны, но цели, поставленные планом «Барбаросса», были дале­ки от осуществления. «Три-четыре недели», намеченные для захвата Москвы, Ленингра­да, Киева, давно прошли, а сопротивление Красной Армии нарастало с каждым днем.

Мужественно сражались пехотинцы и мо­ряки-балтийцы, оборонявшие город Таллин — главную базу Балтийского флота. Им помогали в этой борьбе рабочие отряды, жители города.

Кинооператоры Б. Бурт, П. Лампрехт, В. Сумкин, С. Фомин снимали строительство оборонительных сооружений, возводимых вокруг города. Отражение вражеских атак с воздуха и с моря береговыми батареями, высадку десантных отрядов на острова Бал­тийского моря, действия кораблей флота.

При эвакуации Таллина пароход «Верония», на котором работала киногруппа, был потоп­лен. Находившихся на палубе операторов взрывная волна авиабомбы сбросила в море. Спастись удалось оператору С. Фомину. П. Лампрехт, В. Сумкин и начальник кино­группы А. Знаменский погибли.

Героическая оборона Киева сорвала планы гитлеровского командования по молниеносно­му продвижению к Москве. Враг потерял под Киевом более 100 тысяч солдат и офицеров, а также необходимое для наступления на Москву время.

Оборона Киева была снята на пленку фрон­товыми операторами, отдельные сюжеты по­мещены в разное время в «Союзкиножурнале».

Одновременно с боями под Киевом шли бои на подступах к Одессе. Противник пытался овладеть Одессой с ходу, но его попытки не увенчались успехом. Оборону Одессы снимали операторы С. Коган и М. Трояновский. Эпи­зоды, связанные с действием кораблей Чер­номорского флота в районе Одессы — В. Микоша.

«В Севастополе формировался полк морской пехоты,— рассказывает С. Коган,— его тепло­ходом перебрасывали в Одессу. Этим теплохо­дом прибыли п мы в героический город. При разгрузке встретились с писателем К. Симо­новым и фотокорреспондентом Я. Халипом. Блокнот Симонова был полон героических эпи­зодов, богатый опыт работы в боевой обстановке имел и Халип. Мы сообща обсуждали, что и как надо будет снимать, прикидывали воз­можные сюжеты.

Партийные организации города и области объявили себя полностью мобилизованными на активную борьбу с врагом.

На заводе Январского восстания мы снима­ли сборку самодельных бронепоездов. Обыч­ные платформы обшивались листами брони, вооружались пушками и пулеметами. Люди работали бессменно по трое суток, и сами же водили своп бронепоезда в бой.

Беспримерный героизм одесситов и частей, оборонявших город, ошеломлял врага. На захват всей Франции Гитлеру понадобилось, как известно, всего 43 дня. Блокированная, зажатая в полукольце Одесса держалась 73 дня.

Героизм на оборонительных рубежах города был массовым — все строже отбирали мы эпизоды, сюжеты для съемки. Запасы пленки кончались, поэтому каждую кассету мы ста­рались тратить на наиболее яркий материал, добирались до самых передовых рубежей; чаще всего бывали у морских пехотинцев, с которыми сдружились еще при формировании их отрядов в Севастополе.

Больше всего гитлеровцы досаждали городу и порту артиллерийским обстрелом с Александровки и Новой Дофиновки, Единственные «ворота жизни» — порт вынужден был рабо­тать из-за этого с перебоями. При поддержке прибывшей из Новороссийска 157-й дивизии части Одесского оборонительного района об­рушились на обосновавшегося в Новой Дофиновке врага, с тыла, как снег на голову.

Комбинированным ударом с моря, воздуха и с суши гитлеровцы на этом участке были отбро­шены на 5 — 8 километров. Десантники захва­тили 50 орудий врага, привезли их в Одессу. На одной из пушек кто-то написал: «Больше по Одессе стрелять не будут». Ее провезли по всему городу. С ликованием встречали одесситы героев-десантников. Мы подробно отсняли всю операцию».

Обороне Одессы «Союзкиножурнал» посвя­тил два специальных номера — 91 и 103. В них рассказывалось о героических делах защит­ников города. Больше трех тысяч метров уни­кального материала сняли операторы за время осады. Сейчас он хранится вместе с другими кинодокументами, посвященными Великой Отечественной войне, в Государственном ар­хиве кинофотодокументов.

На Западном фронте работала большая груп­па фронтовых кинооператоров, возглавляемых режиссером Л. Варламовым. Состав киногруппы был неоднороден. Здесь были и опытные кинохроникеры, такие, как В. Ешурин, М. Беров, В. Цеслюк, В. Штатланд, Т. Буни­мович, А. Шафран, Б. Небылицкий, А. Эльберт, Г. Бобров и начинающие ассистенты В. Комаров, А. Крылов, А. Николаевич-КурьякП. Касаткин, М. Шнейдеров, для которых война стала школой жизни и профессионального, операторского мастерства. Ки­ногруппа усиленно снимала. За август 1941 го­да, по данным Политуправления фронта, было заснято 3 869 метров пленки. Тематика съемок охватывала все аспекты фронтовой жизни и боевых действий наших войск:

  1. Партизанское движение.
  2. Герои Отечест­венной войны.
  3. Трофеи и пленные.
  4. Партий­но-политическая и культурная работа.
  5. По­мощь населения фронту и армии населению.
  6. Забота о бойцах, командирах и политработ­никах.
  7. Зверства фашистских захватчиков.
  8. Боевые действия Красной Армии.

Послед­ний пункт больше других был насыщен собы­тиями: здесь и танковые атаки, и работа артил­лерии, и наступление пехотных и кавалерий­ских частей, и подход резервов, и действия авиации, и пленные фашисты, и разбитая техника врага.

Это были, главным образом, отдельные сюжеты, рассказывающие о локальных событиях на фронте. Ценность материала зависела от характера событий и журналистской удачи. Операторам Т. Бунимовичу и П. Касаткину, которые провели целый месяц в частях 30-й Армии, удалось добыть достаточно материала, чтобы смонтировать тематический номер «Союзкиножурнала» (№ 87), рассказывающий о боях за высоту «А». Авторы смогли в нем остановиться даже на элементах небольшой военной операции. Особенно удался рассказ о людях взвода лейтенанта Юсупа Азизова. Операторский глаз уловил эпизоды их участия в боях, результаты боя, кинокамера показала и разбитую фашистскую технику, пленных. Все это, вместе с заключительными кадрами похорон погибшего в бою командира полка Бледнева, создало правдивую картину суровых будней войны.

Крупный успех наших войск под Ельней, который как бы венчал двухмесячное Смоленское сражение, снимали операторы Г. Бобров и А. Крылов. Этому событию был посвящен специальный номер «Союзкиножурнала» № 92.

Взятие Ельни и разгром фашистских войск в районе Духовщины вынудил группу армий Центр перейти к обороне, а это означало провал планов гитлеровского командования с ходу прорваться к Москве.

О съемках в районе Ельни рассказывал оператор А. Крылов:

«Началось это для нас как-то неожиданно. Рано утром, когда мы прибыли в стрелковый полк, нас встретили такими словами: «Где же вы были раньше?» Оказалось, ночью была проведена успешная операция по прорыву вражеской обороны: гитлеровцев изрядно потеснили, освободили несколько деревень, и командование полка сожалело, что на такой операции не было кинооператоров. Мы очень сожалели, что не могли участвовать в ночном бою.

И вот мы впервые на месте только что отгремевшего боя. Впечатление ошеломляющее. Большая, вся изрытая окопами возвышенность, покрытая полусожженной полувытоп-танной золотистой рожью. На самой высокой точке наши солдаты сооружают новый наблюдательный пункт, а кругом валяются еще дымящиеся подбитые танкп, бронетранспортеры, исковерканные пушки-минометы. Вся возвышенность усеяна телами убитых солдат.

Это было первое увиденное мною поле войны. Надо снимать, а горло сдавливают какие-то спазмы. Потом были еще более страшные поля боев, с темп же роковымп приыетамп войны, но первое запечатлелось особенно остро. К вечеру разведка донесла, что противник отходит. Мы двинулись вместе с наступающими частями на Ельню, через многострадальную деревню Ушаково. Разветвленная сеть траншей, хорошо оборудованные доты п дзоты обеспечивали обстрел каждого метра подступов к деревне. Земля словно была вывернута наизнанку. Всюду развороченная техника. Тела убитых фашистских солдат.

Дорога на Ельню была забита войсками. По обочинам дороги — застрявшие плп разбитые машины, бронетранспортеры, брошенные фашистами, бесконечные ряды аккуратно оформленных могил.

Ельня встретила нас завалами разрушенных домов, зиявшими проломами стен, глазницами окон, паутиной оборванных и спутанных проводов. Все что можно было разрушить — разрушено, все, что можно было испоганить — испоганено. Даже церкви «новые крестоносцы» превратили в конюшни.

Так закончилась ликвидация Ельнинского выступа. Над Ельней снова реял советский флаг».

Гитлеровское командование рассчитывало массированными налетами на Москву разрушить промышленность, деморализовать защитников столицы. Но эти планы потерпели крах. При первом же налете на Москву 22 июля 1941 года из 200 бомбардировщиков было сбито 22, а остальные были рассеяны на дальних подступах к городу. До первого октября гитлеровцы 36 раз пытались прорваться к Москве большими группами самолетов, но только отдельным бомбардировщикам удавалось сбросить на город свой смертоносный груз.

Первым полнометражным документальным фильмом, сделанным тогда, был фильм режиссера М. Слуцкого «Наша Москва». Его снимали операторы И. Беляков, И. Вейнерович, М. Глидер, К. Кутуб-ЗадеО. Рейзман и В. Соловьев (Также вошли съемки В. Фроленко. -Прим. ред. #МузейЦСДФ). Он был посвящен героическим зенитчикам Москвы, защищавшим столицу от воздушных атак врага.

Кинодокументалисты стремились охватить взглядом всю сложную систему защиты боль­шого города от вражеских налетов. Они дежу­рили на аэродромах, на позициях зенитной артиллерии, на крышах домов в часы воздуш­ных тревог, на командном пункте ПВО города.

Фильм «Наша Москва», вошедший в боевой сборник № 5, получил Государственную пре­мию СССРПобеда за нами! Боевой киносборник № 5» — единственный документальный киносборник; всего было выпущено 12 киносборников (11 из них — игровые) в период 1941-1942 гг.; Сталинская премия (1942). Прим. ред. #МузейЦСДФ).

На огромном фронте, протяженностью почти в четыре тысячи километров, шла смертель­ная борьба, и всюду, в частях действующей армии п на кораблях Военно-Морского флота были кинооператоры. Боевые действия Север­ного Военно-Морского флота снимала кино­группа, возглавляемая оператором М. Ошурковым. На Карельском и Ленинградском фронтах работали операторы Ленинградской студии. Они снимали жизнь блокированного города, боевые действия частей, на кораблях Балтийского флота. Группу Черноморского флота возглавлял режиссер В. Беляев. Опе­раторы снимали в Севастополе, на боевых кораблях флота.

Все эти киногруппы присылали сюжеты для «Союзкиножурнала», одновременно накапли­вался материал для будущих фильмов, кото­рые могли бы со всей полнотой раскрыть свое­образие этих участков фронта, более подробно рассказать о героях войны, отразить природу их героизма. В начале октября противник, имевший в тот период войны на многих участ­ках фронта превосходство в живой силе и технике, глубокими танковыми прорывами окружил значительные силы Западного, Резервного и Брянского фронтов.

Центральный Комитет партии и Государст­венный комитет обороны приняли все меры для устранения угрозы Москве. Былп подтянуты резервы, мобилизованы силы для строитель­ства оборонных сооружений, созданы новые отряды народного ополчения. Войска, подав­ите в окружение в районе Вязьмы, продолжа­ли героически сражаться, приковывая к себе 28 дивизий врага. Однако положение остава­лось угрожающим.

В эти трудные для нашей столицы дни кино­хроникеры оставались в Москве. Эвакуация киностудии хроники в Куйбышев никак не задержала выпуск киножурналов. Для съемок в Москве была создана специальная группа, а в помещении студии «Союздетфильм» (Лихов переулок, дом 6. - Прим. ред. #МузейЦСДФ) была организована производственная база для об­работки материалов и выпуска киноперподики на экраны.

О тревожных октябрьских днях вспоминает оператор Т. Бунимович:

«Октябрь 1941 года. Кипучая, сверкающая когда-то огнями Москва уже давно изменила свой облик, стала строгой, суровой; разрисо­ваны в целях маскировки дома, обложены меш­ками с песком витрины магазинов. Москвичи научились бороться с зажигалками и пожара­ми, быстро ликвидировать следы фугасок. Но теперь, к середине октября, Москва станови­лась фронтовым городом, улицы перегоражи­вались баррикадами и противотанковыми ежа­ми, на площадях и проспектах устанавлива­лись зенитные орудия, из угловых домов, на важнейших перекрестках, выглядывали дула противотанковых орудий, каждый вечер над городом поднимались стратостаты воздушного ограждения.

В Серебряный бор пришли москвичи строить противотанковый ров; большею частью женщи­ны и девушки; им тяжело, но работают они как заправские землекопы. Во дворе Тимирязевской сельскохозяйственной академии идет запись добровольцев. Прямо здесь же они получают оружие, обмундирование и отправляются на боевые участки Фрон­та.

Отметили москвичи самый дорогой для со­ветского человека праздник — день Великой Октябрьской социалистической революции торжественным заседанием — вечером 6 нояб­ря. Оно состоялось в вестибюле станции метро «Маяковская». Этому событию был посвящен специальный выпуск кинохроники.

Утро 7 ноября 1941 года. Во дворе студии людно. Все столпились под укрепленным на столбе рупором громкоговорителя. Ждут сооб­щения. Будет ли парад? Репродуктор молчит, ничего не знают и те, кто накануне снимал торжественное заседание.

Вдруг громкоговоритель ожил. Начался парад. Мчимся к Красной илощадп. Манеж­ная оцеплена. Выходим из машины. Пропусков нет. Вынимаем из футляров киноаппараты л начинаем снимать. Так, идя за проходящими на площадь войсками, попадаем к Мавзолею. Здесь уже работают операторы, прибывшие раньше нас на Красную площадь.

На всю жизнь врезались мне в память съем­ки этого необычного в истории нашей страны парада. Густой снегопад. Мерным шагом про­ходят по Красной площади солдаты, чтобы отсюда отправиться прямо на фронт».

В эти тревожные для столицы дни на экраны вышел первый номер специального киножур­нала «На защиту родной Москвы». В нем рассказывалось о героизме защитников Мо­сквы, о трудовых подвигах москвичей, а в дни разгрома фашистских войск журнал освещал все наступательные операции Красной Армии, действия партизан, восстановление жизни в освобожденных от фашистов городах н селах Подмосковья. Всего вышло 9 номеров этого уникального киножурнала.

Наступление фашистских войск на Москву захлебывалось. Контрудары наших войск под Тихвином и Ростовом не дали возможности гитлеровскому командованию перебросить под Москву войска с этих участков фронта.

Приближался час расплаты.

Кинохроника накопила огромное количест­во материала, связанного с оборонительными боями за Москву. Нужно было готовиться к съемкам наступательных боев. В эти дни председатель ГКО И. В. Сталин вызвал к себе руководителя Кинокомитета И. Г. Большакова, рассказавшего впоследствии:

«Мы вызвали вас для выполнения очень ответственного зада­ния,— сказал!! И. В. Сталин.— На днях наша армия переходит под Москвой в наступление. Мы собираемся нанести немцам удар огром­ной силы. Думаю, что они его не выдержат и покатятся назад... Надо все это заснять на пленку и сделать хороший фильм».

Делать будущий фильм было поручено Л. Варламову и И. Копалину.

6 декабря части Красной Армии перешли в контрнаступление против фланговых удар­ных группировок противника. Стремитель­ные удары Красной Армии вынудили фашистские части севернее п южнее Москвы отходить, не ожидая приказов высшего командования. Кинодокументалисты были прикомандированы к настутхаюхщим армиям, чтобы не упустить ни одного важного момента. Для них открылась возможность участвовать в наступательных боях, показать возросшую боевуто мощь и ма­стерство командиров и бойцов Красной Ар­мии.

О том, как создавался фильм «Разгром не­мецко-фашистских войск под Москвой» расска­зывают режиссеры Л. Варламов и И. Копалин:

«Киноматериал, снятый в эти дни, был овеян дыханием жарких и трудных боев. Операторы шли вместе с войсками. Вот материал Г. Боб­рова и Р. Кармена, вошедших вместе с вой­сками в Волоколамск. Перед объективом ки­ноаппарата предстала страшная картина фа­шистского варварства — виселица на площади и восемь повешенных героев-комсомольцев. Оператор Б. Небылицкий снимает бои за Калинин и вступление первых частей Красной Армии в город. Незабываемы лица людей, смо­трящих на подымающийся над городом крас­ный флаг.

Операторы И. Беляков и М. Шнейдеров с са­молета фиксируют на кинопленку путь бегства фашистов из Клина. Кругом разбитая техни­ка, труды врага... Отвагу героев-летчиков, громящих отступающих гитлеровцев с возду­ха, засняли операторы Т. Бунимович и П. Касаткин, участвовавшие в боевых выле­тах.

Сколько волнений пережил оператор А. Кры­лов, снимая возвращение партизан и партиза­нок в свое родное, освобожденное от фашистов село.

Операторы В. Соловьев и С. Шер засняли разгромленную и сожженную Ясную Поля­ну — свидетельство варварства фашистских оккупантов. Оператор А. Лебедев заснял освобождение города Яхромы, продвижение наших войск на Клинском направлении и на­граждение конников генерала Белова. Опера­торы В. Штатланд, Б. Макасеев и А. Щекуть­ев снимали в частях Московской зоны оборо­ны. Интересные съемки сделал И. Сокольни­ков в партизанском отряде под Москвой. Опе­ратор А. Эльберт едва поспевал за стреми­тельно наступавшими кавалерийскими частя­ми, громившими тылы врага.

Постепенно наметились контуры будущего фильма. Поэт А. Сурков и композитор Б. Мокроусов в написанной ими песне выразили чув­ства москвичей — защитников своей любимой столицы».

Отступая на запад под ударами Красной Армии, гитлеровские войска уходили настоль­ко поспешно, что не успевали хоронить убитых солдат.

Все дороги на Волоколамск, Каширу, Клин, Можайск и другие города Подмосковья были забиты брошенными танками, бронетранспор­терами, орудиями, автомашинами.

В битве под Москвой был окончательно раз­веян миф о непобедимости гитлеровского вер­махта.

Год 1942-й

Новый 1942 год советские люди встречали с большими надеждами. Зимнее наступлению Красной Армии успешно развивалось. Раз­гром немецко-фашистских войск под Моск­вой, под Ростовом и Тихвином громким эхом отозвался на всех континентах. Победа под Москвой означала начало перелома в ходе второй мировой войны. Гитлеровская клика и ее союзники поняли, что предстоит упорная борьба, исход которой не обещал им ничего хорошего.

Советские кинодокументалисты встречали новый год выпуском фильма «Разгром немец­ко-фашистских войск под Москвой», расска­зывающего о первой крупной победе совет­ских вооруженных сил.

Сделанный в предельно короткие сроки, фильм уже в середине января был показан членам Государственного комитета обороны. При просмотре, вспоминает И. Г. Большаков, были сделаны замечания относи­тельно фильма в целом. Было предложено доработать дикторский текст, более убеди­тельно показать техническую оснащенность Красной Армии.

Дополнительный материал, снятый съемоч­ной группой, дал возможность показать огне­вую мощь дальнобойных орудий, массиро­ванные танковые атаки, могучие броски кон­ницы, наступление пехоты на укрепленные позиции врага. Это усилило эмоциональность фильма, показавшего во всей полноте воз­росшее могущество Красной Армии и насту­пательный порыв советских воинов.

Выпущенный в прокат 18 февраля 1942 года — накануне XXIV годовщины Красной Армии — фильм начал большой путь по экра­нам страны. В первую очередь копии фильма были посланы в воинские части Западного фронта для показа участникам разгрома фашистских армий под Москвой. В столице фильм демонстрировался в 18 кинотеатрах. А уже в первую неделю его просмотрело более полумиллиона человек.

Газета «Литература и искусство» писала:

«Слово «хроника» не исчерпывает того, что мы увидели сегодня в фильме «Разгром немецко-фашистских войск под Москвой». Это исторический документ огромной силы.

Этот фильм вызывает в нас, современниках Великой Отечественной войны, чувство гнева и радости, скорби и торжества. Но, думается, и наши потомки, те, кто по кадрам этого фильма будет восстанавливать обстановку наших дней, не смогут смотреть без чувства радости на великую победу великого народа, не смогут без чувства гнева смотреть на следы гитлеровского хозяйничанья в наших городах и селах.

Это не только фильм. Это «вещественное доказательство», документ, изобличающий фашизм на грядущем историческом суде».

Далеко за пределами нашей родины зри­тели США, Англии, Афганистана, Ирана и других стран с большим волнением смотрели фильм «Разгром немецко-фашистских войск под Москвой» — этот волнующий кинодоку­мент о героической обороне Москвы и раз­громе фашистских дивизий на подступах к нашей столице.

Американская Академия киноискусства при­судила фильму премию Оскара, признав его лучшим документальным фильмом 1942 года.

У нас фильм был удостоен Государствен­ной премии СССР, а режиссеры фильма Л. Варламов и И. Копалин и операторы Т. Бунимович, Г. Бобров, П. Касаткин, А. Крылов, А. Лебедев, М. Шнейдеров, А. Эльберт получили звания лауреатов Госу­дарственной премии СССР.

В начале 1942 года Комитет по делам кине­матографии при Совнаркоме СССР подвел итоги полугодовой работы фронтовых групп. Приказом Комитета большой группе опера­торов была объявлена благодарность за со­держательные и квалифицированные фронто­вые съемки.

Ленинградские кинодокументалисты, сни­мавшие героическую борьбу защитников го­рода в условиях блокады, ни на минуту не прекращали своей работы, начатой ими на дальних подступах к Ленинграду. В самые трудные месяцы суровой зимы 1941—1942 го­дов, когда остановился городской транспорт, замерз водопровод, продовольственные нормы снизились до минимального уровня, электро­энергия подавалась только на объекты обо­ронного значения, ленинградцы вынуждены были прекратить выпуск киножурнала. Одна­ко съемки и накапливание материала про­должалось. Документалисты понимали, что исторические кинокадры, свидетельствующие о мужестве защитников города Ленина, бу­дут иметь огромное историческое значение.

Ленинградский обком партии, куда обра­тились хроникеры, одобрил идею создания большого документального фильма об обороне Ленинграда и провел просмотр отснятого ма­териала.

«На первый просмотр мы привезли 43 ко­робки,— рассказывает режиссер В. Соловцев,— Здесь были и киножурналы и немой материал, который мы успели проявить до остановки кино лаборатории.

После просмотра наступило общее молча­ние. Все были потрясены увиденным. Паузу прервал секретарь горкома А. Кузнецов. «Как вы думаете строить фильм?» — спросил он. Мы показали ему план... Ознакомив­шись с планом, он предложил пойти к А. А. Жданову. Мы рассказали ему о том, что кроме съемок мы не можем проводить никакой работы. Студии по существу нет, но сохранился небольшой коллектив, который мечтает о настоящей большой работе.

Вскоре обком вынес решение о созданип на базе «Техфильма» Объединенной ленин­градской студии. Это был январь 1942 года.

Из флотского экипажа прислали на стадию специалистов, которые быстро восстановили котельную, водопровод, электрооборудование. Началась проявка снятого ранее материала. Сразу же приступили к монтажу. Работать было трудно. Все были истощены до край­ности.

В начале апреля картина была уже сложе­на. Мы, пережившие всю тяжесть блокады, немного увлеклись показом трудностей. На просмотре А. А. Жданов бросил реплику: «Что ж вы Ленинград похоронили?» Нужен был оптимистический финал фильма. Наступившая весна его подсказала».

Приехавший в Ленинград в апреле 1942 года для творческой помощи Р. Кармен вспо­минает:   

«Появился новый, подсказанный жизнью финал фильма. Этим финалом было всепобеждающее шествие весны по улицам пережившего тяжелую блокадную зиму Ле­нинграда.

Город преображался на глазах. Он стал неузнаваем. День за днем исчезали с его улиц, тротуаров и мостовых горы снега н льда. Триста тысяч ленинградцев вышли на улицы с лопатами, кирками, чтобы при­вести в порядок свой город. Вот уж где было разгуляться кинооператору!

Начал работать водопровод, открылись па­рикмахерские, банн. Уже редко встречались на улицах люди, лица которых были покрыты слоем копотн от железных печурок, от ламп-коптилок.

День 15 апреля был всенародным праздни­ком — пошел трамвай.

Ефим Учитель, Николай Комаревцев, Ва­лерий Соловцев и я работали над монтажом картины. Нашими ближайшими помощниками были ассистенты режиссера Лидия Кикас, Клавдия Козырева. Диктор Рувим Выгод­ский, проживший в Ленинграде всю блока­ду, ходил около монтажных столов в состоя­нии глубочайшего нетерпения. Ему хотелось получить хотя бы наброски будущего тек­ста.

Наконец мы сложили фильм. Он удовлетво­рял нас простотой изложения, суровой прав­дивостью, человечностью каждого образа.

Снова повезли картину в Смольный. Об­суждение было очень недолгнм, немногослов­ным. Все пришли к выводу, что великолепный материал, снятый ленинградскими опе­раторами, сложился в волнующее, героиче­ское повествование. Я предложил озвучивать картину в Москве на Центральной студии.

С моим предложением товарищи из Ленин­градского обкома партии не без некоторого колебания согласились. Естественно, им хоте­лось, чтобы фильм был сделан от начала до конца в Ленинграде».

Выпущенный на экраны страны 9 июня 1942 года фильм сразу привлек всеобщее вни­мание. Ленинград — колыбель Октябрьской революции, красивейший город мира, круп­нейший культурный и промышленный центр страны — был всегда одним из любимейшнх городов Советского Союза. «Подвиг великого города» — так озаглавила газета «Красная звезда» (10 июля 1942 г.) отклик на фильм «Ленинград в борьбе»:

«Великий город дорог миллионам, которые его, может быть, никогда и не видели, но всегда думают о нем. Много наших городов было в боях и изведало горе, но в часы самых тяжелых испытаний все мы думали о Ленин­граде: каково ему, что с ним, чем помочь.

Мы сознавали умом и чуяли сердцем страдания и мужество великого города-воина. Теперь мы увидели воочию, чего стоили Ленинграду долгие месяцы борьбы и лишений, как ему было невыносимо трудно, как героически сражается он с врагом и как побеждает. Кадры фильма «Ленинград в борьбе» переносят нас в город, который весь фронт, где нет тыла, на передний край ходят трамваи, а вражеские снаряды пролетают насквозь — от одной за­ставы к противоположной.

Мы переживаем вместе с ленинградцами долгий и славный путь героической оборо­ны... В мужестве и стойкости ленинградцев, в их боевой и трудовой доблести отражается мужество и доблесть советского народа.

Ленинград жив, Ленинград борется!»

Фильм «Ленинград в борьбе» широко де­монстрировался в воинских частях, на бое­вых кораблях, во флотских экипажах, в кино­театрах, клубах, агитпунктах. Фильм был удостоен Государственной премии СССР, а режиссер В. Соловцев, операторы А. Богоров, А. Погорелый, В. Страдин и Е. Учитель — звания лауреатов Государственной премии СССР.

В конце 1941 года Верховное Главнокоман­дование силами 44-й и 51-й армий Закавказ­ского фронта предприняло Феодосийско-Кер­ченскую десантную операцию для захвата Керченского полуострова и создания предпо­сылок для освобождения Крыма.

В рядах славных защитников Севастополя были фронтовые кинооператоры В. Микоша, Д. Рымарев, Ф. Кротик-Короткевич, позднее в их группу пришел из армии К. Ряшенцев. На кораблях Черноморского флота снимали Г. Донец, А. Кричевский и А. Смолка.

Для киносъемок действий частей Закав­казского фронта в Крыму были привлечены также операторы Бакинской, Ереванской и Тбилисской киностудий. Выполнение задания было поручено опытным кинохроникерам.

Бакинцам — В. Еремееву и М. Мустафаеву, тбилисцам — Л. Арзуманову, А. Аджибегишвили, О. Декасонидзе, В. Митрофанову, Ш. Чагунава, ереванцам — Г. Санамяну, И. Дильдарьяну и В. Айказьяну.

Все они давно были знакомы друг с другом по встречам в Москве на всесоюзных кон­ференциях кинохроники, все уже видели в «Союзкиножурналах» репортажи с фронтов Отечественной войны, но никто не представ­лял, что же их ожидает в ближайшем будущем.

Из штаба фронта их направили на различ­ные участки. Еремеев и Мустафаев поплыли на транспорте «Чехов» в осажденный Сева­стополь. Группа режиссера Ш. Чагунава была высажена в Феодосии, а группа режиссе­ра В. Митрофанова в Керчи.

Суровые морозы, свирепствовавшие в цент­ральной части Советского Союза, докатились и до Крыма. В труднейших условиях зимних штормов моряки Черноморского флота и Азов­ской военной флотилии блестяще провели десантные операции и освободили Феодосию и Керчь. В своей последней корреспонденции, написанной незадолго до гибели, режиссер В. Митрофанов писал:

«Арктика на Черном море! Керченский пролив замерз. А это бывает редко, не каждый год.

Черными силуэтами стоят вмерзшие в лед корабли и катера-сейнеры. Все они — участ­ники знаменитого десанта, высаженного в Кер­чи. Недолго хозяйничали фашистские захватчи­ки в Керчи, но сколько бед успели они натво­рить! Оператор Л. Арзуманов снимает обезо­браженные фашистскими изуверами тела де­тей, женщин, стариков. Рабочий поселок Самострой. После разгрома фашистских окку­пантов на Керченском полуострове оказа­лось, что мужское население поселка Само­строй, Камыш-Буруна было зверски расстре­ляно фашистскими бандитами.

Мы со съемочной аппаратурой приезжаем на металлургический завод. Нас встречает инженер Иванов. Он ведет нас из одного цеха в другой. Вот видите,— показывает он на работающие среди развалин станки.— Как феникс из пепла восстает завод

Другие хроникеры засняли много сюже­тов в Севастополе и в освобожденных районах Крыма.

8 мая 1942 года, после четырехмесячного затишья на фронте гитлеровские войска на­чали наступление на Керченском полуострове.

«В ночь на 14 мая меня вызвали в Полит­управление,— рассказывает оператор Г. Санамян,— вручили командировочные предпи­сания для всей киногруппы на эвакуацию и предложили любыми средствами пробираться в Краснодар, в штаб фронта.

Нас, пятеро оставшихся в Крыму кинемато­графистов: режиссер В. Митрофанов, оператор В. Еремеев, я, ассистент К. Гасанов и полит­рук Мурадян (бывший начальник отдела хроники «Арменфильма»).

У причала для пере­правы через Керченский пролив скопились тысячи людей. Здесь и тяжелораненые в со­провождении медперсонала. Все стремятся попасть на подходившие к берегу небольшие баржи и рыбацкие суденышки.

На барже — абсолютная тишина, каждый ушел в себя, думает о своем.

Внезапно появившиеся «мессеры» начали обстреливать идущие на буксире суденышки. Случилось непоправимое. Движение массы людей раскачало баржу и она... раскололась надвое.

Все очутились в воде. Я слышал вокруг себя стоны, крики утопающих. Увидел невда­леке барахтающегося Митрофанова, который, как и я, не умел плавать. Вскоре на воде плавала лишь его черная кубанка.

Силы меня покидали. Я уже мысленно прощался с родными. Спасение пришло не­ожиданно. Я увидел лодку, она приближалась ко мне. Тут я потерял сознание...

На берегу я увидел мокрого, измученного Еремеева. Вскоре подошел Гасанов. Мы долго искали наших друзей. Думали, что может произойти чудо и они найдутся. Но наши надежды были напрасны».

После катастрофы на Керченском полу­острове положение Севастополя осложнилось. Военное командование оставило в городе только одного кинооператора. Это был Вла­дислав Микоша. Воспроизводим отрывки из его воспоминаний о последних съемках в Севастополе:

«...С трех сторон на равной высоте шли бомбардировщики. Сначала нам каза­лось, что они выходят на Графскую пристань, но когда я увидел открыто стоящий эсминец «Свободный», меня затрясло мелкой дрожью. Дымзавеса, потеряв ветер, поднималась стол­бом в синее небо. Мы уже до детали знали все, что должно произойти. Наш катер двинулся вперед, к «Свободному». Я видел, как десятки «юнкерсов» пикировали на корабль. Его па­лубы ощетинились густым зенитным огнем. Затем все исчезло за огромным фонтаном. Страшный гул взрывов смешался с зенитными залпами. На нас обрушилась упругая взрывная волна. Я тут же оглох от звенящих ударов. Набежавшая волна чуть не опроки­нула катер.

Первый налет прошел. Перезаряжая «аймо», я совсем не чувствовал контуженной ноги. На несколько секунд скрылся корабль. Его зенитки редко и звонко дробили воздух. В визире «аймо» я видел, как стреляли крупно­калиберные пулеметы».

250 дней и ночей стояли насмерть защит­ники Севастополя, оттягивая силы фашистских армий от других участков фронта, ис­требляя живую силу и технику врага.

Фильм «Черноморцы», увенчавший труд фронтовых операторов, показал всему миру несгибаемое мужество защитников города-героя. Он был удостоен Государственной премии СССР, а режиссер В. Беляев, операто­ры Ф. Кротик-Короткевич, В. Микоша, Д. Рымарев удостоены звания лауреатов Государственной премии СССР.

К лету 1942 года фронтовые группы полу­чили большое пополнение.

В действующей армии в штатах Главкино­хроники числилось уже 130 фронтовых опе­раторов. Помимо этого, на Кавказском фронте работала большая группа операторов закав­казских студий, в Забайкалье и на Дальнем Востоке находились две резервные фронтовые киногруппы.

Новому пополнению нужно было осваивать фронтовую обстановку, овладевать методами репортажных съемок, отбирать материал для документальных очерков. Учеба требовала времени и была связана с определенными творческими издержками. Главная особен­ность операторов документального кино, воспитывавшаяся у них годами,— это умение в процессе съемки мгновенно продумать и сложить монтажно весь снимаемый эпизод, отобрать из массы деталей только главное, самое характерное для данного события и протянуть мысленно ниточку будущего дик­торского текста, связывающего материал.

Хорошей творческой и организаторской школой для всего коллектива кинохроникеров явилась съемка фильма «День войны».

Страна набирала силы: готовились мощные резервы, росла промышленность, все в боль­ших масштабах поступало на фронт вооруже­ния, боеприпасов, продовольствия. Коммуни­стическая партия, Советское правительство и весь советский народ делали все, чтобы обеспечить победу над врагом.

В этот сложный период войны советские документалисты начали подготовку к съемкам фильма «День войны» (сценарист А. Каплер, режиссер М. Слуцкий). Идея показа одного дня советской страны, предложенная в свое время А. М. Горьким, однажды уже нашла воплощение в фильме «День нового мира», выпущенном в 1940 году. Теперь предстояло показать, что происходит в один из дней военной поры на фронте и в тылу. Авторы фильма выбрали 13 июня 1942 года, 356 день войны.

Этот фильм должен был подчеркнуть един­ство фронта и тыла, огромную работу, прово­димую нашей партией по мобилизации всех ресурсов страны для отпора врагу, трудовой энтузиазм советских людей, работающих на оборонных предприятиях, шахтах, в колхозах, совхозах. Фронтовые съемки охватывали поч­ти все участки фронта: от Севастополя до бе­регов Баренцова моря. К съемкам было привлечено 160 кинооператоров, находивших­ся на фронте и в тылу.

Фильм предполагалось выпустить к 25-й годовщине Великого Октября.

Москва. Кремлевские куранты отбивают 4 часа утра. По еще пустынным улицам города идет колонна десантников, отправляющихся на фронт. В утренней тишине далеко слышна их песня о Москве:

Пускай в огне и мареве горячем

Столетний лес ложится, как трава.

Мы победим — не может быть иначе.

Мы победим! Да здравствует Москва!

Мы победим! Этот лейтмотив проходит через весь фильм.

В показе израненного, но не покоренного Севастополя, ожившего после тяжелой бло­кадной зимы Ленинграда нет места унынию.

Боевые кадры, снятые на Северо-Западном фронте, в Заполярье, под Сталинградом, в глу­боком тылу врага, показывают храбрых, беззаветно преданных Родине людей. Авторы не боятся показать трудности и тяготы войны.

Но мы уже научились преодолевать невзгоды.

У гроба погибших их боевые друзья клянутся мстить врагу беспощадно.

Показывая единство фронта и тыла, авторы включили эпизоды выступления на прифрон­товом аэродроме пианиста Э. Гилельса. Вместе с танкистами мы слушаем песню «Бывайте здоровы, живите богато» в исполнении Л. Александровской, а затем мы видим танко­вую атаку...

Вот звучит требование фронта: «Подать боеприпасы!» А затем идет широкая панора­ма — работа тыла — все братские республики вносят свой вклад в дело Победы.

Впервые с начала войны операторы так широко показали военную промышленность.

Съемка велась в рудниках, на металлургиче­ских комбинатах, на нефтяных промыслах, на танковых, авиационных и артиллерийских заводах, в конструкторских бюро, на испыта­тельных полигонах. Перед зрителями прошли портреты лучших тружеников тыла, имена которых вошли в историю нашей Родины: знатного шахтера Янкина, конструкторов Илюшина, Грабина, Патона, летчиков Гро­мова, Юмашева, Коккинаки и других.

Выпуск фильма, всесторонне охватываю­щего действия фронта и тыла, сыграл активно- мобилизующую роль. К. Симонов в газете «Правда» от 22 октября 1942 года писал:

«... Картина выходит накануне 25-н годовщины Октябрьской революции. И хотя в ней по­казан один день — 13 июня 1942 года, но в то же время по сути своей картина носит на себе отпечаток всех двадцати пяти лет Советской власти. В ней воюют люди, рож­денные и воспитанные за эти двадцать пять лет, в ней мы видим заводы, построенные за эти годы, и, наконец, самое главное, мы чув­ствуем то, что составляет душу этого пре­красного фильма — веру в победу».

Много ярких страниц в летопись Великой Отечественной войны вписали моряки Север­ного Военно-Морского флота. Родина дала им приказ защищать самый северный участок фронта и держать открытым путь через не­замерзающий Мурманский порт во все концы света.

Гитлеровские войска неоднократно пред­принимали попытки захватить Мурманск, перерезать Кировскую железную дорогу и тем самым помешать доставке военных грузов и продовольствия из союзных стран. Но все их попытки оканчивались безуспешно. Севе­роморцы, вместе с воинами Карельского фронта, стойко оборонялись и наносили ощу­тимые удары по войскам и коммуникациям врага.

Кадр за кадром, эпизод за эпизодом накап­ливала киногруппа Северного морского флота материал, фиксирующий боевые будни.

В фильме «69 параллель», созданном ре­жиссерами В. Беляевым и М. Ошурковым, операторами Г. Донец, В. Мищенко, Ф. Овсян­никовым, С. Урусевским, мы видим замеча­тельные портреты защитников Родины.

Вот некоторые из этих героев. Ученик знаменитого летчика Б. Сафонова — П. Сгибнев. Ему 22 года, он Герой Советского Союза. На его счету 15 сбитых фашистских самолетов. Первая девушка снайпер Северного флота — Маша Матюхина. Осторожно пробирается она вдоль берега, прячась в складках мест­ности. Командир подводной лодки, Герой Советского Союза Н. Лунин. Под его командо­ванием подводная лодка охотится за крупным зверем. Кинодокументалистам посчастливи­лось участвовать в операции, закончившейся торпедированием фашистского линкора «Тирпиц».

А вот коллективный портрет десантников Северного флота. Вспоминает оператор Г. До­нец:

«Еще по пути к месту высадки мы сняли десантников крупными и средними планами. Полный курьез: десанту полагалось быть в касках, и они у всех были, но сниматься истинные моряки предпочитали в... беско­зырках. Приходилось просто «воевать» с ни­ми, убеждать, что кино — не семейная фото­графия. Но что поделаешь с людьми, влюб­ленными в море. Несколько дней десант вел бои в тылу врага. Изведали гитлеровцы ли­хость и отвагу военных моряков».

В 1942 году, кроме фильмов, о которых говорилось выше, Центральная студия кинохроники выпустила ряд короткометражных лент: «Наши женщины», «Отомстим», «Вели­кобритания в дни войны», «Наша союзница Америка», «25-й Октябрь». Куйбышевская студия, куда частично была перебазирована Центральная студия кинохроники, сделала фильмы «Хлеб — фронту», «Под белыми ку­полами», «День чехословацкой части в СССР». Объединенная Ленинградская студия хрони­ки — «Колпино — город переднего края», «25-я годовщина Великой Октябрьской социалистической революции». Алма-атинская студня — фильм «Тебе, фронт» (автор-режис­сер Д. Вертов).

По-прежнему большое внимание уделялось «Союзкиножурналу». В нем оперативно, два раза в неделю освещались боевые действия на том или пном участке фронта. Содержа­тельность фронтовых репортажей росла. Ска­зывался возросший опыт фронтовых опера­торов.

Многие кинокадры той поры послужили ценным материалом для Кинолетописи Вели­кой Отечественной войны. В конце 1942 года была создана специальная редакционная кол­легия, перед которой ставилась задача — улучшить работу по отбору и систематизации съемок для этой кинолетописи.

У нас, у документалистов, понятие «кино­летопись» имеет двоякий смысл. Мы понимаем под «кинолетописью» и весь материал, сни­маемый документально, вне зависимости от того, использовался он в каких-либо фильмах или не использовался, и киносъемки, имею­щие историческое значение, которые не были использованы в фильмах или журналах, а также материал, снятый по заданию редакции Кинолетописи.

В годы войны киноматериала, который не мог быть использован непосредственно после съемки, скопилось много. Причины были разные: не хватило места в журнале, материал пришел с опозданием. Если неиспользованный еще киноматериал был хорошего в техниче­ском отношении качества, его передавали в кинолетопись (иногда из него создавались обзорные тематические фильмы).

Крупнейшие события войны освещались в текущих номерах киножурналов, одновре­менно в более широких масштабах накапли­вался материал для больших фильмов.

Кинохроникеры, где бы они ни снимали, всегда чувствовали себя кинолетописцами эпо­хи, заинтересованными свидетелями героиче­ского подвига народа, защищающего свою независимость.

Даже в самых тяжелых фронтовых усло­виях, сразу же после съемки, замерзшими или окровавленными руками оператор рас­крывал блокнот и записывал все, что могло пригодиться для монтажного листа, отправ­ляемого вместе с материалом на студию. Здесь было не только краткое описание, но и подробные данные для дикторского коммен­тария, для характеристики и обрисовки внеш­них примет героев съемки, условий, в которых был снят материал. Часто оператор приклады­вал к монтажному листу вырезки из фронто­вых газет, политдонесения, листовки и другие дополнительные материалы, всегда памятуя о том, что кинолетопись — это живая память истории.

Приближалась значительная дата — 25 го­довщина Великой Октябрьской социалистиче­ской революции.

Народный комиссар обороны 7 ноября 1942 года издал приказ № 345, в котором говорилось:

«...В начале этого года, в зимний период, Красная Армия нанесла немецко-фашистским войскам серьезные удары. Отбив атаки немцев на Москву, она взяла в свои руки инициати­ву, перешла в наступление и погнала на запад немецкие войска, освободив от немецкого рабства целый ряд областей нашей страны.

Красная Армия показала, таким образом, что при некоторых благоприятных условиях она может одолеть немецко-фашистские вой­ска...

...Стойкость и мужество Красной Армии сорвали планы немцев по обходу Москвы с востока и удару с тыла на столицу нашей страны. Враг остановлен под Сталинградом. Но остановленный под Сталинградом и уже положивший там десятки тысяч своих солдат и офицеров, враг бросает в бой новые диви­зии, напрягая последние силы. Борьба на советско-германском фронте становится все напряженней. От исхода этой борьбы зависит судьба Советского государства, свобода и независимость нашей Родины».

В этот период фронтовые киногруппы Воро­нежского, Степного и Северо-Кавказского фронтов снимали все наиболее важные собы­тия на этих участках.

В «Союзкиножурнале» в рубрике «На фрон­тах Отечественной войны» все чаще и чаще стали появляться: «Воронеж», «Дон», «Ста­линград», «Туапсе», «Новороссийск», «Наль­чик». Операторам удалось показать исключи­тельный накал борьбы, потери врага, героизм наших воинов, отстаивающих каждый метр родной земли. По сюжетам в киножурналах можно было проследить все этапы битвы на подступах к Сталинграду и в самом Сталин­граде, увидеть, как проходят бои на Север­ном Кавказе.

Решительное наступление наших войск 19 — 20 ноября 1942 года, положившее начало окружению и разгрому немецко-фашистских войск под Сталинградом, сразу же нашло свое отражение в «Союзкиножурнале». Кино­документалисты разделили свои усилия — часть киногруппы осталась снимать в городе, а остальные ушли с наступающими частями. Предстояла еще тяжелая борьба. Но именноздесь, под Сталинградом, было положено начало коренному перелому в ходе Великой Отечественной войны.

Кинодокументалисты широко снимали это сражение, чтобы отразить во всех подробно­стях на киноэкране решающие успехи Красной Армии.