ЛЕТОПИСЕЦ КРАЯ

Из воспоминаний Героя Советского Союза Минакова о фронтовом кинооператоре Запорожском.

04.08.2018

Герой Советского Союза (1944). Советский военно-морской лётчик, участник Великой Отечественной войны, генерал-майор авиации. Всего за время войны В.И. Минаковым совершено 206 боевых вылетов, из которых 108 пришлось на бомбовые удары по различным морским и сухопутным целям, 31 на торпедные атаки, 28 на воздушную разведку, 28 на минные постановки, 7 на выброску грузов для партизан, 3 на десантирование разведчиков, 1 на прикрытие кораблей. Ушёл в запас в 1985 году. Проживал в Выборгском районе Санкт-Петербурга. Автор 18-ти книг, посвящённых военно-морским лётчикам.

Статья Героя Советского Союза Василия Минакова была опубликована в 1971 году.
Фотографии из семейного архива Александра Тарасова (племянника И.А. Запорожского).

Недавно Центральная студия документальных фильмов награждена орденом Ленина. Это вторая награда на знамени студии за создание кинолетописи о Коммунистической партии, Советского государства, их истории, борьбе и победах.
Первым орденом — Боевого Красного Знамени студия была отмечена в годы Великой Отечественной войны за то, что навечно запечатлела бессмертный подвиг советского народа в борьбе с фашизмом. Свыше 200 операторов изо дня в день снимали на фронтах героическую эпопею. Среди них был тогда и выпускник ВГИКа Иван Андреевич Запорожский. В составе 5-го Гвардейского минно-торпедного бомбардировочного полка Черноморского флота он летал на боевые задания в тыл врага. Он снимал крымских партизан в Зуйских лесах. Он участвовал в создании фильма «День войны» в июле 1942 гола. В подводной лодке ходил на операции по Чёрному морю. Его путь пролегал от Кавказских гор до Альп. Трудно перечислить фильмы, журналы, которые за 30 лет в документальном кино снял наш земляк Иван Андреевич Запорожский.
После войны он остался в Крыму и стал настоящим кинолетописцем нашего края. Ни одно значительное событие, происходившее в наше области, не осталось вне его внимания. Вместе с тем он участвовал в создании таких больших документальных кинополотен, как «День победившей страны», «Город русской славы», «Повесть о наших детях», «20-летие Великого подвига» и многих  других.
Рассказ о боевом операторе прислал в редакцию его товарищ, Герой Советского Союза, ленинградец В.И. Минаков.

Каждое утро из дома № 86 по улице Кирова в Ялте выходит и спешит в киностудию неприметный с виду уже немолодой, но бодрый и энергичный человек. Это — Иван Андреевич Запорожский. Немногие в Ялте знают, что Иван Андреевич — человек необычной судьбы. С автоматом и кинокамерой репортёра он прошёл всю войну, запечатлел на киноплёнку подвиг бойцов, дравшихся с врагом в тяжёлые дни 1941 года, и радость победителей в 1945 году.

Я неоднократно встречался с ним в годы войны. И вот недавно мы свиделись в Ялте. Вспомнили былое. Эта незабываемая встреча через много лет заставила меня взяться за перо, написать статью о воине, патриоте, летописце нашего героического времени.

Наше знакомство с Ваней — так попросту и с любовью называли его лётчики нашей эскадрильи — состоялось в октябре 1942 года на одном из аэродромов. Этот обаятельный паренёк сразу завоевал наши сердца. Он был жизнерадостным, много шутил, улыбался, снимал нас перед боем «для истории». Тогда это была шутка. Но Запорожский в самом деле снимал исторические кадры. Люди, запечатлённые им в частях и на кораблях, своим мужеством, отвагой приближали историческую победу над врагом.

Иван рвался с нами в воздушный бой. Мы, лётчики, знали, какой это большой риск — взять его на борт самолёта, всячески старались отговорить, советовали снимать с аэродрома. Но спорить с ним было невозможно. Он понимал, как его ленты нежны другим. Помню разговор Запорожского с командиром эскадрильи.

— Вы знаете, куда проситесь, молодой человек? — спрашивал его переживший гибель друзей, не вернувшихся на аэродром, привыкший к риску авиатор.

— Я всё знаю. — Отвечал без нотки сомнения Иван. — Потому и хочу быть с вами. Обещаю: перед опасностью не дрогну.

Комэск улыбнулся, по-товарищески хлопнул его по плечу:

— Вижу, тебя не переспорить. — И, обернувшись к лётчику Васе Андрееву, сказал:

С ним полетите.

Я видел его после боя. Он был ликующим, совершенно не говорил о том, сколько пришлось пережить, а попросту, буднично сказал:

— Должна быть «горячая» лента.

Лётчик В. Андреев уже в его отсутствие поведал нам о стойкости оператора при встрече с немецкими самолётами.

— Мы переживаем, волнуемся, а он строчит своей камерой над ухом, будто снимает сельскую свадьбу. Хотя бы пушок на губе вздыбился. Вот такого бы в мои стрелки-бомбардиры.

В апреле сорок третьего Ваня снова случайно появился в нашей эскадрилье. Для нас это было случайно, а для него — нет. Он искал нас, чтобы показать снятые им редкие кинокадры, фотографии. Суровели лица друзей, если кого-то уже не было из тех, кто запечатлённых им в сорок втором. Ваня записывал их домашние адреса в надежде разыскать родных, выслать снимки. Он знал, как это нужно живым. Эти кадры он особенно берёг для тех, кто потом будет изучать историю войны. Пусть знают потомки об этих замечательных людях, отстоявших весну человечества — Советскую Родину.

— Ванёк, ты какими судьбами? — спрашивали товарищи.

— Кончится война, поразбросает вам по всей земле, и когда-нибудь вы увидите на экране друг друга.

Он верил, как и мы, в победу. Как и мы, рвался в полёт, рискуя жизнью. Может быть, ради одного «горячего» кадра на киноплёнке.

В день его приезда, вернее прилёта, попутным самолётом наша эскадрилья готовилась нанести удар по фашистским транспортам, идущим к Севастополю. Мы знали, как нам трудно будет выполнять задание. Транспорты шли в сильном боевом охранении. Сбросить бомбы нужно было с небольшой высоты. На этот раз нам очень не хотелось брать с собой Ваню. Искренне говоря, мы хотели сохранить ему жизнь. Даже сговорились не брать его в машину под любыми предлогами. Но он нас перехитрил, ссылаясь на различные авторитеты, на важность задания, без которого ему нельзя возвращаться на студии, не выполнив его. Всё это, конечно, были его личные соображения, придуманные им доводы.

— И, наконец, вы мне друзья или нет? — спросил в отчаянии Ваня.

— Как же, самые верные, — сказал Андреев и обнял его за плечи.

— Тогда вы меня не оставите на аэродроме, — сказал он и вслед за Васей Андреевым направился  к самолёту.

На транспорты наши самолёты заходили группами…

Вот что Андреев рассказал после посадки:

— Пилотируя машину, я искоса поглядывал на Ваню. Он держал в руках кинокамеру, сосредоточенно вглядываясь виз. Как только показались транспорты, камера в его руках тут же ожила. Вспышки разрывов появлялись слева, справа, прямо по курсу. Он молча снимал их, не выдавая малейшего волнения. Он был увлечён своей работой, не думая совсем об опасности. От соседнего самолёта отделилась серия бомб. Ваня снял их на лету, а затем воскликнул: «Горят фашисты!»

Теперь он держал в прицеле своего объектива горевший транспорт. И это в то время, когда наша машина прорывалась сквозь сплошную стену огня из зенитных снарядов. Осколки пробивали обшивку самолёта, крылья и кабину.

«Вася, — торжествовал он, — кадры-то какие привезём. Ещё один сторожевик горит и тонет!» Это мы сбросили бомбы. Когда возвращались на аэродром, избегая встречи с «мессершмидтами», Ваня искренне переживал, что не всё снял. «Вот бы ещё пылающего «мессера» поймать в кадр!»

Наверное, только фронтовик может понять то волнение, которое я испытал, встретившись через 25 лет с кинооператором Центральной студии Иваном Андреевичем Запорожским. Мне было приятно узнать о новых репортёрских рейдах, которые Иван Андреевич совершил в сорок третьем и сорок четвёртом, отсняв последнюю ленту на Дунае. Он показал мне много военных снимков и кинокадров.

— Вот этот, — говорил он, — был сделан в партизанском тылу.

История снимка такова. В сорок третьем летом 1-я Крымская партизанская бригада действовала в Зуйских лесах. Туда и прибыл по поручению Крымского подпольного обкома оператор Иван Запорожский. Снимал героев-партизан. Он и сейчас помнит их, бесстрашных воинов: Федоренко, Колпакова, Котельникова, Яцука, Шарова, Бартоша.

Запорожский снимал партизан в ходе боя. Бой в лесу — это всегда неимоверный риск. Но Запорожский не думал о себе. Он сделал уникальные кадры, запечатлевшие мгновения исторической борьбы с ненавистным фашизмом. Его не раз искренне благодарил секретарь подпольного обкома, начальник центральной оперативной группы партизанских отрядов Крыма Ямпольский за исключительные кадры, снятые в Крымских лесах. Об одной тёплой встрече в зимних Зуйских лесах Иван Андреевич рассказал в этот вечер. Он с попутным самолётом, можно сказать на пороховой бочке (лётчики доставляли партизанам снаряды и оружие), прилетел к партизанам, которых уже знал. И не без гостинца. Привёз кинопередвижку и кинофильм «Сталинградская битва». Мужество бойцов Сталинградской битвы вдохновило партизан на борьбу.

Когда партизаны пришли в освобождённый Симферополь, с ними был Иван Запорожский, снимавший ликующий город.

— А эти снимки сделаны на Дунае, — говорит Иван Андреевич. — Там мне пришлось трудно. Но ничего, зато теперь нет-нет, да и промелькнёт в кинохронике кадр, снятый в лесах или на фронтах Отечественной войны. Теперь это уже история.

Иван Андреевич по-прежнему в строю боевых кинооператоров. А ещё он страстный пропагандист боевых традиций, активный участник военно-патриотического воспитания.

Его скромный, мужественный труд в годы Великой Отечественной войны — это не только достояние истории, это большой жизненный пример для молодёжи.

В. Минаков.

Герой Советского Союза


Материалы по теме