КИНО В ДЕРЕВНЕ

Материал публикован в журнале «Советский экран» (№ 42) за 1929 год (с. 9). Источник: ЭЛЕКТРОНЕКРАСОВКА. Орфография, стиль и пунктуация автора сохранены.

 
Всего три-четыре года назад вопрос о кинофицировании деревни почти не выходил еще за пределы обсуждений и пожеланий. К сегодняшнему же дню кинофикация деревни — факт, с каждым месяцем всё более и более ощущаемый. Кинофильма пробивается в самую толщу крестьянства. Об этом можно судить даже по цифрам.

Деревенская сеть растет. Если в 1925 г. существовало всего 457 деревенских киноустановок, а в 1927 г. их было 1418, то в 1929 г. деревенских киноустановок имеется уже 3 879. Рост, несомненно, значительный.
Растет и количество экрано-дней в деревне. За первый квартал 1928–29 г. их зарегистрировано было 126 647. Если принять за среднюю очень скромную посещаемость — по 100 человек в день, то обнаруживается, что через деревенский экран проходило в этот период не менее 3 250 000 крестьянских кинозрителей в месяц.

И, наконец, еще одна цифра, над которой необходимо задуматься и сделать из нее некоторые выводы. На деревню у нас в РСФСР падает к настоящему времени уже 53% всех регистрируемых экрано-дней. И это сейчас, когда мы фактически только приступаем к кинофикации деревни.

При таком положении во весь рост встает вопрос о фильмах для деревни. Совсем ведь не безразлично, какие кинокартины будет смотреть многомиллионное крестьянство.

Сейчас разрешен уже как будто бы спор по одному из очень существенных вопросов — о тематике кинофильм, призванных обслуживать деревню. Ошибочный взгляд, будто бы деревне надо давать фильмы, построенные исключительно на деревенском материале, отошел в прошлое. Показать крестьянину жизнь рабочего класса, развивающееся строительство не только в деревне, но и в городе — вот как решается сейчас вопрос тематики для деревенской фильмы.

Гораздо менее ясен второй вопрос — давать ли деревне художественно-развлекательные или же только культурно-просветительные фильмы. По этому поводу не затихает еще спор.

— Наш крестьянин малокультурен, ему нужна пока только культурфильма, художественных и игровых он не поймет, — говорят одни.

Другие, взяв ту же исходную точку, малокультурность, утверждают, что именно до культурфильмы-то наш крестьянин и не дорос. Ему надо давать исключительно художественную фильму. Она эмоционально сильнее, и через нее только воз можно довести до самого отсталого крестьянина самые серьезные вопросы политико-хозяйственного характера.

Кто прав? Чья точка зрения более правильна?

Прежде всего, ставим ли мы своей задачей только развлечь крестьянина? Нет, конечно. Наша задача — добиться, чтобы до массы крестьянства дошли вопросы, стоящие перед развивающимся строительством, чтобы каждая фильма вызывала непреклонную волю к борьбе за новую советскую деревню, за социализм в деревне. И, разумеется, чем художественнее и занимательнее будут фильмы, разрешающие эти вопросы, чем меньше окажется в них голой „агитации“, тем скорее они дойдут до массового крестьянства. Ни одна, например, культурфильма по вопросу борьбы с неграмотностью не сможет с такой убедительностью и силой показать, насколько необходимо крестьянке ликвидировать свою неграмотность, чем это показано в картине „Светлый город“.

Всё это не говорит, конечно, за то, что крестьянину вовсе не нужны культурфильмы. Культуpфильмы необходимы. Но до тех пор, пока мы не научились их делать занимательно, курс на показ преимущественно культурфильм нецелесообразен.

При существующем положении чрезвычайно желательно, чтобы после каждой художественной фильмы показывалась деревенскому кинозрителю короткометражная на ту или иную политико-хозяйственную тему. Не утомляя его, такая фильма даст крестьянину необходимое знание и разовьет привычку к восприятию более сложной культурфильмы. Не исключается, конечно, возможность показа и длиннометражных культурфильм, но к выбору таких фильм следует относиться с особенной осторожностью и вниманием. Эти культурфильмы должны быть понятны, занимательны и художественно оформлены.

Третий, очень существенный вопрос заключается в том, давать ли деревне все без исключения фильмы, допущенные для деревенского экрана, но сделанные не в прямом расчете на него, или же выпускать специальные фильмы с несложной фабулой, небольшим количеством участвующих и т. п. Нельзя ведь равнодушно относиться к такому факту, когда некоторые фильмы лучших наших кинорежиссеров совершенно не доходят до массового крестьянского кинозрителя.

Такое положение необходимо и можно исправить специальным перемонтажом трудных для понимания деревни фильм, сокращением их метража и популяризацией надписей. К такому опыту сейчас приступило Совкино. Для последней фильмы реж. Роома „Привидение, которое не возвращается“ сделан второй экземпляр негатива, перемонтированный специально для крестьянской аудитории. Насколько произведенный опыт окажется удачным, покажет ближайшее будущее.

Взяв курс на перемонтаж имеющихся в общем прокате фильм, нельзя, конечно, забывать и о производстве специальных картин для деревенского экрана. К этому вопросу наши винопроизводственные организации должны отнестись с особенным вниманием, создав хотя бы минимальный штат режиссеров и сценаристов, понимающих и чувствующих деревню.

Наш деревенский кинозритель и количественно, и качественно растет. Недалек тот момент, когда в количественном отношении деревня будет для кинопроката далеко впереди. Наши задачи в деревне настолько серьезны и политически важны, что, имея в своих руках такое сильное орудие коммунистического воздействия, как кино, мы не должны ни на одну минуту забывать о необходимости его самого широкого использования.