17.01.2023

Специальный военный корреспондент газеты «Известия».

Источник: Солдатский храм; газета «Известия» № 14 (8007) от 17 января 1943 года. Фото: "Сталинграда. 1942 год". Авто фото: Павел Трошкин. Источник фото: МАММ / МДФ.

Я никогда не забуду ночь в конце сентября, когда впервые увидел с левого берега Волги осаждённый немцами Сталинград. Воспалённое, кровавое небо страждущего и неумирающего города повисло над нашей дорогой ещё за пятьдесят километров до переправы. Но человеческое воображение не в силах создать картину, которая открылась в ту ночь на самой переправе. Весь правый берег реки был в огне, как будто гигантские потоки лавы хлынули из недр и затопили живую плоть Сталинграда, как будто весь жар Земли прорвался сюда и раскалил докрасна стены домов, груды разбитого камня, улицы, переулки, набережные, всю толщу города и даже почву под выжженными дотла зданиями. Таким мы видели Сталинград не одну ночь и не один день. Пламя войны терзало его многие недели, и уже не хватало в сердце горечи, чтобы до конца осознать нечеловеческую муку людей Сталинграда, и боль становилась злобой, сухой и едкой, как порох, брошенный на обнаженную рану.

Немцы сделали всё, чтобы убить волжский город. Они бомбили его методически, квартал за кварталом, передвигаясь дальше лишь после того, как рушились стены последнего из уцелевших домов. Потом они вводили в проломы свои танки, и перемолотый бомбами камень хрустел под стальными гусеницами, как во время пытки хрустят на дыбе человеческие кости.

И немцы думали, что город уже мёртв, ибо после такой дьявольской бомбардировки ничто живое не может остаться живым. И они готовились овладеть городом. Люди Сталинграда оказались более крепкими, чем камень, из которого сложены его дома. Они сделали то, что устрашило немцев, как недоступное их пониманию чудо. Город восстал из мертвых, поднялся и вышел на бой.

Сталинград, 1942 год. Автор фото: Павел Трошкин. Источник фото: МАММ / МДФ.

Рабочие с гранатами в руках стали к воротам заводов. Женщины под крыльями немецких бомбардировщиков чинили пушки в разбитых цехах и сквозь пробоины в крышах видели витавшую над ними смерть и не отходили от станков. Бойцы сталинградской обороны, переправившись через вздыбленную снарядами Волгу, вцепились в камень разрушенных зданий, зарылись в подвалы, своими телами закрыли каждую щель, в которую мог проползти враг. В первых этажах зданий наши воины продолжали обороняться даже после того, как немцы появлялись на чердаках, и были такие дома, где линия фронта, вонзившаяся в тело города, проходила по лестничным пролётам, внутри домов, и бойцы атакой из подвала вышибали немцев на крышу и сбрасывали на мостовую.

Линия фронта вошла под городские крыши. Это было сражение в толще камня. Наши штабы размещались под землёй в бетонных водостоках, и заброшенных канализационных трубах, в каждой дыре, которая могла предохранить от осколков и укрыть от воя и грохота, чтобы, командир мог услышать голос передающего донесение телефониста. Каждый камень стрелял в немцев. Каждая стена нависала над ними тяжёлой могильной плитой.

Тогда немцы решили довершить свой удар новым штурмом. Они начали штурмовать волю, психику, нравственную силу защитников города. В небе ни на минуту не умолкал вой немецких самолетов. Бомбардировщики появлялись с первыми лучами солнца и уходили только с темнотой. Взять измором нервы русского человека, долбить и долбить, ибо даже капли воды, падая непрестанно в течение многих и многих часов, могут пробить человеческий череп и добраться до мозга! Не было ещё сражения, которое длилось бы непрерывно, из часа в час, из минуты в минуту, неделями, месяцами. Но такое сражение выдержали защитники волжского города. Они удержались там, где немцы однажды в течение дня сбросили две тысячи бомб на клочок, земли, который нельзя было отдать. И наши люди его не отдали.

Так они выдержали самый чудовищный штурм, какой знает история войн. Они выстояли и дождались возмездия за пролитую немцами русскую кровь, за измученный, истерзанный немцами город, за убитых немецкими бомбами детей. Честные люди во всём мире в изумлении преклоняют колена перед подвигом сталинградских бойцов. Там, далеко от раскалённого Сталинграда, мало кто мог думать, что десятки немецких дивизий окажутся в окружении, и станут жрать конину, и зароются в землю, спасаясь от встречного штурма, и завоют от страха, увидев, как измученный, сожжённый, окровавленный город всей своей нетленной человеческой силой поднялся навстречу убийцам и занёс над ними тяжёлый меч возмездия.

Немцы хотели убить Сталинград.

Теперь Сталинград отвечает окружённому, охваченному железным кольцом, обречённому на гибель и отказавшемуся капитулировать врагу:

— Смерть!